Главная » Социология » Власик личная жизнь. "запугивал женщин, принуждая их к сожительству". Биография, история жизни Власика Николая Сидоровича

Власик личная жизнь. "запугивал женщин, принуждая их к сожительству". Биография, история жизни Власика Николая Сидоровича

За три месяца до смерти И. Сталина был арестован начальник его охраны генерал Власик, отслужившего ему верой и правдой четверть века …
Как так получилось? Много запутанного в деле Власика. До последнего времени нет материалов, полностью проливающих свет, на обстоятельства ареста верного охранника вождя, бывшего не только телохранителем, но и нянькой и воспитателем его детей, а также исполнителем разных поручений. Здесь будут приведены найденные сведения.
Начнём, как обычно-с биографии.

Николай Сидорович Власик родился 22 мая 1896 года, в деревне Бобыничи Слонимского уезда Гродненской губернии (ныне Слонимский район Гродненской области) , в бедной крестьянской семье. По национальности — белорус. Окончил три класса сельской церковно-приходской школы. Трудовую деятельность начал с тринадцати лет: чернорабочий у помещика, землекоп на железной дороге, чернорабочий на бумажной фабрике в Екатеринославе. В марте 1915 года был призван на военную службу. Служил в 167-м Острожском пехотном полку, в 251-м запасном пехотном полку. За храбрость в боях Первой мировой получил Георгиевский крест. В дни Октябрьской революции будучи в звании унтер-офицера вместе со взводом перешёл на сторону Советской власти.
В ноябре 1917 года он поступил на службу в московскую милицию. С февраля 1918 года — в Красной Армии, участник боёв на Южном фронте под Царицыным, был помощником командира роты в 33-м рабочем Рогожско-Симоновском пехотном полку.
В сентябре 1919 года был переведен в органы ВЧК, работал под непосредственным руководством Ф. Э. Дзержинского в центральном аппарате, был сотрудником особого отдела, старшим уполномоченным активного отделения оперативной части. С мая 1926 года стал старшим уполномоченным Оперативного отделения ОГПУ, с января 1930 года — помощник начальника отделения там же.

В 1927 году возглавил спецохрану Кремля и стал фактическим начальником охраны Сталина. При этом официальное наименование его должности неоднократно изменялось в связи с постоянными реорганизациями и переподчинениями в органах безопасности. С середины 1930-х годов — начальник отделения 1-го отдела (охрана высших должностных лиц) Главного управления государственной безопасности НКВД СССР, с ноября 1938 года — начальник 1-го отдела там же. В феврале — июле 1941 года этот отдел находился в составе Народного комиссариата государственной безопасности СССР, затем был возвращён в НКВД СССР. С ноября 1942 года — первый заместитель начальника 1-го отдела НКВД СССР.
Но отвечать ему пришлось и за медицинское обслуживание руководства страны, материальное обеспечение их квартирного и дачного хозяйства, снабжение продуктами и спецпайками, строительство и ремонт служебных помещений ЦК и Кремля, организацию отдыха Сталина, его родственников и детей на загородных дачах и на юге. И даже контролировать учёбу и поведение детей Сталина, которые в 1932 году остались без матери. В личном фонде Сталина до сих пор хранятся документы, из которых видно, что Власик через назначенных им сотрудников следил за детьми Сталина, проявляя, прямо скажем, материнскую заботу.

С внуками Сталина.

Но и это было далеко не всё. Организация демонстраций и парадов, подготовка Красной площади, залов, театров, стадионов, аэродромов для различных пропагандистских акций, перемещение членов правительства и Сталина по стране на различном транспорте, встречи, проводы иностранных гостей, их охрана и обеспечение.

А главное - безопасность вождя. Именно Власик придумал такой способ охраны, как кавалькада из десяти-пятнадцати абсолютно одинаковых ЗИСовских машин. Дел у начальника охраны хватало с лихвой, и за все годы никаких неприятностей вождь не имел, хотя вокруг него ЧП случались, и нередко: диверсии, вредительства, смерть Менжинского, Куйбышева, Горького и его сына Максима, убийство Кирова, Орджоникидзе, гибель Чкалова.
К лету 1941 года Власик уже имел генеральский чин. Во время войны забот прибавилось, соответственно и штат разросся - до нескольких десятков тысяч человек. Власику была поручена эвакуация правительства, членов дипкорпуса и наркоматов. Главное управление охраны подбирало в Куйбышеве рабочие помещения и квартиры для правительства, обеспечивало транспортом, связью, налаживало снабжение. За эвакуацию тела Ленина в Тюмень и его охрану тоже отвечал Власик. А в Москве он со своим аппаратом обеспечивал безопасность на параде 7 ноября 1941 года, на торжественном собрании, которое провели на станции метро «Маяковская» накануне. Короче, службу его «мёдом» не назовёшь. А тут ещё и «мелкие» вопросы.

«Секретно
ЗАМ.НАЧАЛЬНИКА 1-го ОТДЕЛА
НКВД СССР
КОМИССАРУ ГОСБЕЗОПАСНОСТИ
3-го РАНГА
т. ВЛАСИКУ Н.С.
Заключение о состоянии здоровья полковника СТАЛИНА Василия Иосифовича
т. СТАЛИН В.И. доставлен в Кремлёвскую больницу 4/IV-43 г. в 11 часов по поводу ранений осколком снаряда.
Ранение левой щеки с наличием в ней мелкого металлического осколка и ранение левой стопы с повреждением костей её и наличием крупного металлического осколка.
В 14 часов 4/IV-43 г. под общим наркозом проф. А.Д.Очкиным произведена операция иссечения повреждённых тканей и удаления осколков.
Ранение стопы относится к разряду серьёзных.
В связи с загрязнением ран введены противостолбнячная и противогангренозная сыворотки.
Общее состояние раненого вполне удовлетворительное.
Начальник Лечсанупра Кремля (Бусалов )»

Прежде чем докладывать отцу о сыне, Н.С.Власик заставил командование ВВС представить донесение об обстоятельствах ранения Василия Сталина.
Долго ждать этого не пришлось.
«СЕКРЕТНО. Экз. №1
Донесение о чрезвычайном происшествии в 32-й гвардейской ИАП (истребительно-авиационный полк. - Ред.)
Происшествие произошло при следующих обстоятельствах:
4 апреля 1943 г. утром группа лётного состава, состоящая из командира полка полковника Сталина В.И., Героев Советского Союза подполковника Власова Н.И., капитана Баклан А.Я., капитана Котова А.Г., капитана Гаранина В.И., капитана Попкова В.И., капитана Долгушина С.Ф., командира звена старшего лейтенанта Шишкина А.П. и других, а также инженера по вооружению полка капитана Разина Е.И. выехала на реку Селижаровка, находящуюся в 1,5 км от аэродрома, на рыбную ловлю.
Бросая в воду гранаты и реактивные снаряды, глушили рыбу, собирая её с берега сачком. Перед бросанием реактивного снаряда инженер полка капитан Разин предварительно ставил кольцо детонатора на максимальное замедление (22 секунды), отворачивал ветрянку, а затем бросал снаряд в воду. Так им лично было брошено 3 реактивных снаряда. Готовясь к броску последнего реактивного снаряда, инженер-капитан Разин максимально вывернул ветрянку, и мгновенно произошёл взрыв снаряда в руках, в результате чего один человек - капитан Разин - убит, полковник Сталин В.И. и капитан Котов А.Г. тяжело ранены .»
С этим донесением верный Николай Сидорович пошёл к вождю, и тот разразился приказом:
«КОМАНДУЮЩЕМУ ВВС КРАСНОЙ АРМИИ МАРШАЛУ АВИАЦИИ тов. НОВИКОВУ ПРИКАЗЫВАЮ:
1) Немедленно снять с должности командира авиационного полка полковника СТАЛИНА В.И. и не давать ему каких-либо командных постов впредь до моего распоряжения.
2) Полку и бывшему командиру полка полковнику Сталину объявить, что полковник Сталин снимается с должности командира полка за пьянство и разгул и за то, что он портит и развращает полк.
3) Исполнение донести.
Народный комиссар обороны
И. Сталин
26 мая 1943 года »
Но были дела и посерьёзнее. Прежде всего - три конференции глав участников антигитлеровской коалиции: Тегеран (28.XI - 1.XII. 1943), Ялта (4-11.II.1945) и Потсдам (17.VII - 2.VIII.1945).
За успешное проведение конференции в Тегеране Власик был награждён орденом Ленина, за Крымскую конференцию - орденом Кутузова I степени, за Потсдамскую - орденом Ленина.
Закончилась война. Служба продолжалась. Решением ЦК в 1947 году были выделены средства на строительство и реконструкцию государственных дач в Крыму, Сочи, Гаграх, Сухуми, Цхалтубо, Боржоми, на озере Рица и в Подмосковье. И опять всё это поручили Н.С.Власику.
Так и проходила служба в хлопотах. Но пришла беда …
В 1948 году был арестован комендант «Ближней дачи» Федосеев. Федосеев дал показания о том, что Власик хотел отравить Сталина. Тогда пронесло: Сталин выдумке не поверил. Однако четыре года спустя комиссия ЦК ВКП(б) под председательством Г. Маленкова вновь занялась Власиком.
На сей раз предъявленные ему обвинения были в финансовых махинациях. В мае 1952-го неожиданно началась глубокая проверка финансово-хозяйственной деятельности управления охраны. В мае 1952 года Власик был снят с должности начальника охраны Сталина и направлен в уральский город Асбест заместителем начальника Баженовского исправительно-трудового лагеря МВД СССР.

А 16 декабря его вызвали в Москву и арестовали по «делу врачей», обвинив в том, что покрывал «вражеские действия» профессоров Егорова, Вовси и Виноградова.
Как известно, «дело врачей» было прекращено после смерти Сталина и все арестованные выпущены на свободу - все, кроме Власика. Более ста раз его допрашивали за время следствия. Уже после смерти Сталина ему вменяли в вину и шпионаж, и подготовку терактов, и антисоветскую агитацию и пропаганду. Причём по каждому из обвинений ему грозил немалый срок. Следствие продолжалось. Теперь в дополнение к прошлым обвинениям в финансовых нарушениях Власику вменили в вину незаконное "самообеспечение" (а по существу - мародерство) в оккупированной советскими войсками Германии. Доказательства были налицо: во время обыска у экс-генерала обнаружили целые склады "трофеев", включая уникальные сервизы, десятки хрустальных ваз, около 30 фотоаппаратов и фотообъективов, которые "были приобретены незаконным путем". Кроме того, Власик признал, что в 1945 году после окончания Потстдамской конференции "вывез из Германии три коровы, быка и двух лошадей, из них своему брату отдал корову, быка и лошадь, сестре - корову и лошадь, племяннице - корову; скот был доставлен в Слонимский район Барановичской области на поезде Управления МГБ СССР".
Эта история с живностью была известна ещё Сталину. И тогда он пропустил её, что называется «мимо ушей».

Сталину было известно, что в 1941-м родную деревню Власика- Бобыничи Барановичской области захватили немцы. Дом, в котором жила сестра, сожгли, полдеревни расстреляли, старшую дочь сестры угнали на работы в Германию (оттуда она так и не вернулась), корову и лошадь забрали. Ольга с мужем Петром и двумя детьми ушла к партизанам, а после, когда погнали немцев, вернулась в разграбленную деревню. Вот Власик и доставил из Германии сестре, как бы часть её же добра.
Об этом доложили Сталину, и тот, посмотрев на докладывавшего Игнатьева, сказал: «Ты что, ох..., что ли?!»
Об этом вспоминал в конце жизни сам Власик. Уж не знаю, так ли было на самом деле, но если так, то нужно отдать должное вождю: он был прав.
17 января 1953 года Военная коллегия Верховного Суда СССР признала его виновным в злоупотреблении служебным положением при особо отягчающих обстоятельствах, приговорив по ст. 193-17 п. «б» УК РСФСР к 10 годам ссылки, лишению генеральского звания и государственных наград. Направлен для отбывания ссылки в Красноярск. По амнистии 27 марта 1953 года срок Власику был сокращен до пяти лет, без поражения в правах. Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 15 декабря 1956 года Власик был помилован со снятием судимости. В воинском звании и наградах восстановлен не был.
Из приговора:
«...Власик, будучи начальником Главного управления охраны МГБ СССР, пользуясь особым доверием Советского Правительства и ЦК КПСС, злоупотреблял оказанным ему доверием и своим высоким служебным положением...» И далее следуют обвинения:
«1. Морально разложился, систематически пьянствовал, не обладая чувством политической бдительности, проявлял неразборчивость в бытовых связях.
2. Пьянствуя вместе с неким Стенбергом, сблизился с ним и разгласил ему и другим лицам секретные сведения. Из квартиры Стенберга вёл переговоры по телефону с главой Советского Правительства, а также служебные разговоры со своими подчинёнными.
3. Расшифровал перед Стенбергом трёх секретных сотрудников. Показал ему его агентурное дело.
4. Общаясь с лицами, «не внушающими политического доверия», поддерживавшими связи с иностранцами, Власик выдавал им пропуска на трибуны Красной площади.
5. Хранил в своей квартире служебные документы, в частности, план Потсдама и нанесённую на него систему охраны всего района Потсдамской конференции (1945 года), а также докладную записку о работе Сочинского отдела МВД в особый период 1946 года, расписание движения правительственных поездов и другие документы ».
На этом обвинение заканчивалось. А следствие шло два с лишним года!
Квалификация - п. «б» ст. 193-17 УК РСФСР (в редакции 1926 г.).
«Ст. 193-17. а) Злоупотребление властью, превышение власти, бездействие власти, также халатное отношение к службе лица начальствующего состава Рабоче-крестьянской Красной Армии, если деяния эти совершались систематически, либо из корыстных соображений или иной личной заинтересованности, а равно если они имели своим последствием дезорганизацию вверенных ему сил, либо порученного ему дела, или разглашение военных тайн, или иные тяжёлые последствия, или хотя бы и не имели означенных последствий, но заведомо могли их иметь, или были совершены в военное время, либо в боевой обстановке, влекут за собой: лишение свободы со строгой изоляцией или же без таковой на срок не ниже шести месяцев;
б) те же деяния, при наличии ОСОБО отягчающих обстоятельств, влекут за собой:
ВЫСШУЮ МЕРУ СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ;
в) те же деяния, при отсутствии признаков, предусмотренных пунктами «а» и «б» настоящей статьи, влекут за собой: применение Правил Дисциплинарного устава Рабоче-крестьянской Красной Армии ».
А вот данные из уголовного дела Власика, точнее, из протокола судебного заседания от 17 января 1955 года:
«Вопрос суда. Что сближало вас и Стенберга?
Власик. Конечно, сближение было на почве совместных выпивок и знакомств с женщинами.
Вопрос суда. Для этого у него была удобная квартира?
Власик. У него я бывал очень редко.
Вопрос суда. Вы выдавали пропуска на Красную площадь некоей Николаевой, которая была связана с иностранными журналистами?
Власик. Я только сейчас осознал, что совершил этим преступление.
Вопрос суда. Своей сожительнице Гридусовой и её мужу Шрагеру вы давали билеты на трибуны стадиона «Динамо»?
Власик. Давал.
Вопрос суда. Вы хранили у себя на квартире секретные документы?
Власик. Я собирался составить альбом, в котором в фотографиях и документах была бы отражена жизнь и деятельность тов. И.В.Сталина.
Вопрос суда. Каким путём вами приобретены радиола и приёмник?
Власик. Их мне прислал в подарок Василий Сталин. Но я их затем отдал на дачу «Ближняя».
Вопрос суда. Что вы можете сказать об имевшихся у вас четырнадцати фотоаппаратах и объективах к ним?
Власик. Большинство из них я получил по своей служебной деятельности. Один цейсовский аппарат я купил через Внешторг, ещё один аппарат мне подарил товарищ Серов...»
Интересна доказательная часть приговора. Она просто уникальна.
«Виновность Власика в совершении указанных преступлений доказана показаниями допрошенных в суде свидетелей, материалами предварительного следствия, вещественными доказательствами, а также частичным признанием своей вины Власиком ». И всё.
В порядке помилования (Указ Президиума Верховного Совета СССР 15 мая1956 года подписал Клим Ворошилов) освобождён из-под стражи и от дальнейшего отбытия наказания.
Вернувшись в Москву, Власик просится на приём к Генеральному прокурору Руденко - тот его не принял. Направляет прошение о реабилитации в Комиссию партийного контроля (КПК) Н.Швернику, потом А.Пельше - снова отказ. Не помогла и поддержка маршалов Г.Жукова и А.Василевского.
Его квартиру на улице Горького (в доме, где находится Концертный зал имени Чайковского) превратили в коммуналку. Всё имущество вывезли ещё в ходе следствия.
18 июня 1967 года Н.С.Власик умер от рака лёгких, так ничего и не добившись.
На повторное обращение его дочери о посмертной реабилитации отца в 1985 году Главный военный прокурор А.Горный ответил отказом.
Дочь Власика-Надежда Николаевна долго добивалась реабилитации отца. Но из Комиссии по реабилитации и из ФСБ ей сообщали о том, что её отец осуждён не по ст. 58 УК РСФСР (государственное преступление), а по ст. 193-17 УК РСФСР (простое воинское преступление), вследствие этого жертвой политических репрессий Н.С.Власик якобы не является, так же как и его дочь не является пострадавшей.
Нынче справедливость вроде бы восстановлена. 28 июня 2000 года постановлением Президиума Верховного Суда России приговор 1955 года в отношении Власика отменен и уголовное дело прекращено «за отсутствием состава преступления».
"Он [Н. С. Власик] просто мешал Берии добраться до Сталина, потому что отец бы не дал ему умереть. Он не стал бы ждать сутки за дверями, как те охранники 1 марта 1953 года, когда Сталин «проснётся »… " — дочь Н. С. Власика Надежда Власик в газете "Московский комсомолец" от 07.05.2003.
К сожалению, это интервью обернулось для Надежды Николаевны печальными последствиями. Вот как рассказывает эту историю сотрудница Слонимского краеведческого музея:
"Личные вещи Николая Сидоровича передала в музей его приемная дочь - родная племянница Надежда Николаевна (своих детей не было). Эта одинокая женщина всю жизнь добивалась реабилитации генерала. В 2000 году Верховный суд РФ снял все обвинения с Николая Власика. Он был реабилитирован посмертно, восстановлен в звании, а награды возвращены семье. Это три ордена Ленина, четыре ордена Красного Знамени, ордена Красной Звезды и Кутузова, четыре медали, два почетных чекистских знака.
- В то время, - рассказывает Ирина Шпыркова, - мы связались с Надеждой Николаевной. Договорились о передаче наград и личных вещей в наш музей. Она согласилась, и летом 2003 года наш сотрудник поехал в Москву. Но все обернулось как в детективе. В «Московском комсомольце» была опубликована статья о Власике. Многие звонили Надежде Николаевне. Один из звонивших назвался Александром Борисовичем - юристом, представителем депутата Госдумы Демина. Он пообещал помочь женщине вернуть бесценный личный фотоархив Власика. На следующий день явился к Надежде Николаевне якобы составить документы. Попросил чая. Хозяйка вышла, а когда вернулась в комнату, гость вдруг собрался уходить. Больше она его и не увидела, как и 16 медалей и орденов, золотых часов генерала…
У Надежды Николаевны остался лишь орден Красного Знамени, который она передала в Слонимский краеведческий музей. А также два листочка из записной тетради отца. "
Вот список всех наград, исчезнувших у Надежды Николавны (кроме одного ордена Красного Знамени):
Георгиевский крест 4 степени, 3 ордена Ленина (26.04.1940, 21.02.1945, 16.09.1945) , 3 ордена Красного Знамени (28.08.1937, 20.09.1943, 3.11.1944), Орден Красной Звезды (14.05.1936), Орден Кутузова I степени (24.02.1945), Медаль ХХ лет РККА (22.02.1938) , 2 знака Почётный работник ВЧК-ГПУ (20.12.1932, 16.12.1935) .
В своих воспоминаниях Власик писал:
«Я был жестоко обижен Сталиным. За 25 лет безупречной работы, не имея ни одного взыскания, а только одни поощрения и награды, я был исключен из партии и брошен в тюрьму. За мою беспредельную преданность он отдал меня в руки врагов. Но никогда, ни одной минуты, в каком бы состоянии я ни находился, каким бы издевательствам я ни подвергался, находясь в тюрьме, я не имел в своей душе зла на Сталина . »
Власик был заядлым фотографом. Вот что он сам пишет в своих воспоминаниях: (Ниже будут приведены фото Власика)

«За несколько дней до ноябрьских праздников в 1941 году т. Сталин вызвал меня и сказал, что надо подготовить помещение станции метро «Маяковская» для проведения Торжественного заседания.
Времени было очень мало, я сейчас же позвонил заместителю председателя Моссовета Яснову и договорился поехать вместе с ним на площадь Маяковского. Приехав и осмотрев станцию метро, мы составили план. Надо было построить сцену, достать кресла, устроить комнату отдыха для президиума и организовать концерт. Все это мы быстро организовали, и в назначенное время зал был готов. Спускаясь по эскалатору на Торжественное заседание, т. Сталин посмотрел на меня (я был одет в бекешу и папаху) и сказал: «Вот у тебя на папахе звезда, а у меня ее нет. Всё-таки, знаешь, неудобно — главнокомандующий, а одет не по форме, и на фуражке даже нет звезды, ты уж достань мне, пожалуйста, звезду ».
«Когда т. Сталин уезжал домой после заседания, на его фуражке блестела звезда. В этой фуражке и в простой шинели без каких-либо знаков отличия он выступал на историческом параде 7 ноября 1941 года. Мне удалось его удачно сфотографировать, и эта фотография была распространена в большом количестве. Бойцы прикрепляли ее на танки и со словами: «За Родину! За Сталина!» — шли в ожесточенные атаки. »

То самое знаменитое фото Н.Власика, сделанное 7 ноября 1941 года во время парада на Красной Площади.
«…На конференции в Тегеране, которая состоялась в конце ноября 1943 года, с 28 ноября по 1 декабря, кроме т. Сталина присутствовали Молотов, Ворошилов и начальник Оперативного управления Генштаба Штеменко.

За время пребывания в Тегеране т. Сталин нанес визит шаху Ирана Мохаммеду Реза Пехлеви в его поистине сказочном хрустальном дворце. Эту встречу мне лично удалось запечатлеть на фотографии. » -вспоминал Николай Власик.

1 декабря 1943 года, Тегеран. Делегация СССР во главе со Сталиным и шахиншах Мохаммед Реза Пехлеви, в канун беседы во дворце шахиншаха.

Продолжение во второй части .

по материалам:

Как считается рейтинг
◊ Рейтинг рассчитывается на основе баллов, начисленных за последнюю неделю
◊ Баллы начисляются за:
⇒ посещение страниц, посвященных звезде
⇒ голосование за звезду
⇒ комментирование звезды

Биография, история жизни Власика Николая Сидоровича

Власик Николай Сидорович – начальник охраны .

Детские и юношеские годы

Николай Власик родился в бедной крестьянской семье 22 мая 1896 года в деревне Бобыничи (Слонимский уезд, Гродненская губерния). Образование получил скромное – окончил три класса сельской церковно-приходской школы. Работать Николай начал уже в 13 лет. Он был и чернорабочим у помещика, и землекопом на железной дороге, и чернорабочим на бумажной фабрике Екатеринославля.

Служба

Весной 1915 года Николая Власика призвали на военную службу. За отвагу и смелость, проявленные во время боевых действий Первой мировой войны, получил почетную награду – Георгиевский крест. Во время Октябрьской революции 1917 года унтер-офицер Власик встал на сторону Советской власти. В тот же год стал сотрудником московской милиции.

В конце зимы 1918 года Николай Сидорович попал в Красную армию. Осенью 1919 года Власика перевели в центральный аппарат Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем при Совете народных комиссаров РСФСР. В мае 1926 года Николай Власик получил должность старшего уполномоченного Оперативного отделения Объединенного государственного политического управления при СНК СССР. В начале 1930 года стал помощником отделения в том же управлении.

В 1927 году Николай Сидорович стал главой специальной охраны Кремля, фактически – начальником личной охраны . В середине 1930-х годов Власик был утвержден на пост начальника отделения первого отдела Главного управления государственной безопасности НКВД СССР, а затем и начальником всего первого отдела. В ноябре 1942 года стал первым заместителем начальника первого отдела НКВД СССР; в мае 1943 года – начальником шестого управления наркомата госбезопасности СССР; в августа 1943 – первым заместителем начальника управления наркомата госбезопасности. Весной 1946 года Власик стал начальником Главного управления охраны Министерства госбезопасности СССР (Главного управления охраны). В 1947 году Власик стал депутатом Московского городского совета депутатом трудящихся.

ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

В течение долгих лет Николай Сидорович был личным телохранителем . Очень быстро он стал приближенным вождя, практически членом его семьи. После смерти Надежды Аллилуевой, жены , Власик занялся воспитанием их детей и заботой о доме.

Поздней весной 1952 года Николай Власик был отстранен от обязанностей начальника охраны и отправлен в Асбест в качестве заместителя начальника Баженовского исправительно-трудового лагеря МВД СССР.

Семья

Жену Николай Сидоровича звали Марией Семеновной (годы жизни – 1908-1996). Супруги воспитывали дочь Надежду (родилась в 1935 году). Она была приемной дочерью для Власика, однако отношения между ними были поистине теплыми и родственными.

В середине декабря 1952 года Николай Власик был арестован в связи с делом врачей-вредителей (уголовным процессом, возбужденным против врачей, обвиняемых в заговоре и убийстве советских лидеров). Причина ареста состояла в том, что именно Власик обеспечивал лечением членов правительства и нес ответственность за благонадежность профессуры. В январе 1955 года Военная коллегия Верховного Суда СССР признала Николай Сидоровича виновным и приговорила к 10 годам ссылки и лишению государственных наград и звания генерала. В марте того же года срок ссылки Власика по амнистии был сокращен до 5 лет. Местом для ссылки был выбран Красноярск.

В декабре 1956 года Николай Власик был помилован Президиумом Верховного совета СССР. Судимость была снята, но в наградах и званиях было решено его не восстанавливать.

Полностью реабилитирован Николай Сидорович был лишь в июне 2000 года. Верховный суд России отменил приговор в отношении Власика за отсутствием состава преступления. Конфискованные награды Николай Власика были переданы его дочери Надежде в 2001 году.

Последние годы жизни и смерть

В июне 2000 года решением Президиума Верховного суда России был посмертно реабилитирован бывший начальник личной охраны Сталина генерал-лейтенант Николай Власик, биография которого легла в основу этой статьи. Как же оказался на скамье подсудимых человек, в течение почти полувека входивший в ближайшее окружение вождя?

Парень из белорусской деревни

Николай Сидорович Власик был выходцем из бедной крестьянской семьи, проживавшей в деревне Бобыничи на Западе Белоруссии. Родился он 22 мая 1896 года. Едва окончив три класса церковно-приходской школы, мальчик лишился родителей и был вынужден сам заботиться о В результате свою трудовую деятельность Николай начал в 13-летнем возрасте ─ вначале подсобником на стройке, затем каменщиком, а после того как хозяин разорился, устроился на фабрику грузчиком.

Когда разразилась Первая мировая война, Николай Власик, достигший к тому времени призывного возраста, был мобилизован, и участвовал в боях в составе 167-го Острожского пехотного полка. За проявленный героизм приказом командования он был награждён Георгиевским крестом и произведён в унтер-офицеры. Вскоре после этого Власика назначили командиром одного из взводов 251-го пехотного полка, размещавшегося в Москве. В этой должности он и встретил Октябрьскую революцию.

Молодой сотрудник ВЧК

В биографии Николая Власика обычно делается упор на то, что его политический выбор тех лет был обусловлен прежде всего принадлежностью к социальным низам российского общества. С этим трудно не согласиться. Едва ли этот полуграмотный молодой человек вникал в заумные тории Маркса, скорее всего, он внутренне почувствовал, что жизнь даёт ему шанс вырваться из ничтожества. Первым его шагом на избранном пути было вступление в ряды РКП (б).

Службу новой власти Николай Власик начал в рядах московской милиции, затем участвовал в боях Гражданской войны, был ранен под Царицыным и, наконец, стал сотрудником ВЧК ─ органа, располагавшего поистине безграничными полномочиями и оставившего о себе мрачную память.

Создание службы правительственной охраны

С 1919 года он служил в центральном аппарате ВЧК, который возглавлял Ф. Э. Дзержинский, и принимал активное участие в операциях, ставших частью печально известного Красного террора, унесшего жизни сотен тысяч россиян, заподозренных в нелояльности r большевистскому режиму. Вскоре после преобразования ВЧК в ОГПУ Власик занял пост старшего уполномоченного оперативного отдела.

Новый поворот в жизни оперативника произошёл в 1927 году, а толчком для него стала бомба, брошенная неизвестными лицами в здание комендатуры на Лубянке. В связи с этим была создана особая структура, занимавшаяся обеспечением безопасности Кремля, членов правительства, а также всех учреждений, подведомственных ОГПУ. Начальником этого отдела и был назначен прекрасно зарекомендовавший себя оперативник Николай Сидорович Власик.

Начало новой деятельности

По его собственным воспоминаниям, среди прочих возложенных на него обязанностей особое значение предавалось охране И. В. Сталина. В предшествующие годы обеспечение безопасности первых лиц государства было поставлено из рук вон плохо. Не послужило уроком даже совершённое 30 августа 1918 года Фанни Каплан.

До вступления Власика в его новую должность охраной Сталина занимался единственный человек, сопровождавший его повсюду - литовец Юсис. Кроме того, в 20-е годы будущий «отец народов» вел крайне аскетический образ жизни и в быту довольствовался лишь самым необходимым. Достаточно сказать, что на его подмосковной даче не было не только надлежащего персонала, но даже обычного телефона, а питался он исключительно привезёнными из Москвы бутербродами.

Принятие первостепенных мер

Взяв на себя обязанности начальника охраны Сталина, Николай Власик начал именно с организации быта главы государства. Несмотря на возражения своего подопечного, он организовал доставку из близлежащего совхоза свежих и высококачественных продуктов, которые тут же поступали в распоряжение опытного повара, прошедшего перед своим назначением тщательную проверку. Был также сформирован обширный штат прислуги, обеспечившей надлежащий комфорт во всех областях быта вождя.

Вслед за этим по инициативе Николая Власика была создана целая сеть сталинских дач как в Подмосковье, так и расположенных в южных районах страны, где вышколенный персонал готов был в любой момент принять вождя и создать ему самые комфортные условия для отдыха и работы. Все эти загородные резиденции были включены в число наиболее важных государственных объектов, и охранялись с особой тщательностью.

Идеи, воплощённые в жизнь

Исполняя обязанности не только начальника охраны, но и личного телохранителя Сталина, Николай Власик разработал целую систему мер, направленных на обеспечение безопасности первого лица государства во время официальных мероприятий, поездок по стране и международных встреч. Являясь, по сути, полуграмотным человеком, всё образование которого свелось к 3 классам церковно-приходской школы, Власик проявил выдающиеся способности в качестве руководителя одного из важнейших ведомств, работа которого была направлена на охрану государственной безопасности.

Любопытно отметить, что именно ему принадлежит идея осуществлять проезд первых лиц государства в кавалькаде, составленной из абсолютно одинаковых с виду машин. При этом лишь наиболее доверенные лица охраны знают, в которой из них находится вождь. Именно такая несложная, но весьма эффективная схема спасла в 1969 году жизнь Л. И. Брежневу во время совершённого на него покушения.

Воспитатель детей вождя

Через несколько лет после вступления в свою должность Власик стал незаменимым для Сталина человеком. Особенно выросла его роль в жизни вождя после того, как в ноябре 1932 года покончила с собой вторая жена Сталина ─ Надежда Аллилуева (её фото с дочерью Светланой имеется в статье), и на него легли заботы о детях, оставшихся без матери: Василии, Светлане и приёмном сыне

Как писал позже в своих воспоминаниях Николай Сидорович, большинство проблем создавал ему неуправляемый по своей натуре Василий, тогда как Светлана и Артём были детьми тихими и послушными. Не желая причинять Сталину лишних волнений, он, как мог, старался сглаживать в своих отчётах информацию о похождениях его необузданного сына, однако с каждым годом делать это становилось всё трудней.

Николай Власик, личная жизнь которого была всецело подчинена интересам службы, практически не знал семейных радостей. В 1934 году он женился на Марии Семёновне Ковбаско, взявшей его фамилию и родившей ему через год дочь Надежду. Однако виделись супруги лишь урывками, так как сам Николай Семёнович неотлучно находился при Сталине и даже ночевал всегда в комнате, находившейся рядом со спальней вождя.

Годы войны и последующий период

В период Великой Отечественной войны Николай Власик обеспечивал безопасность глав государств, принимавших участие в работе конференций стран участников антигитлеровской коалиции. Эту задачу он выполнил с присущим ему профессионализмом, за что и был награждён рядом высоких правительственных наград.

В 1946 году существовавшая ранее структура НКВД была преобразована в МВД СССР, а на её базе создали Главное управление охраны ─ государственный орган с годовым бюджетом 180 млн рублей и штатом, насчитывавшим десятки тысяч сотрудников. Несмотря на то что главой этого огромного ведомства стал Николай Власик, жизнь готовила ему в те годы самый неприятный сюрприз.

Опасный недруг

Дело в том, что, находясь долгие годы в непосредственной близости к Сталину и пользуясь его доверием, он мог влиять на принятие тех или иных важных решений, в том числе и связанных с Учитывая же не прекращавшуюся среди кремлёвской верхушки борьбу за власть, нетрудно догадаться, что за период своей службы он нажил немало опасных врагов.

Главным и самым могущественным из них был Лаврентий Берия ─ руководитель спецслужб СССР (фото имеется в статье). Он, как никто другой, был заинтересован в том, чтобы избавиться от Власика, и на протяжении длительного времени собирал на него компромат, готовясь нанести внезапный удар.

Первую попытку он предпринял в 1948 году. Тогда арестованный им комендант «Ближней дачи» Федосеев оговорил Власика, показав на допросе, что тот собирается отравить Сталина. Однако это не сработало - вождь не поверил в измену своего телохранителя.

Новое обвинение

Роковым для Николая Власика стал 1952 год, когда неожиданно вскрылись реальные факты злоупотреблений, допускавшихся персоналом многих подолгу пустовавших правительственных дач. Кроме того, что в них регулярно устраивались кутежи, перераставшие в настоящие оргии, там ещё в огромном количестве разворовывались продукты и материальные ценности. Безусловно, ответственность в полной мере ложилась на руководителя ведомства, в подчинении которого находились скомпрометировавшие себя лица.

Берия зацепился за этот материал и очень скоро нашёл свидетелей, подтвердивших, что Власик и сам неоднократно расслаблялся подобным образом, после чего уезжал с багажником, набитым всякой деликатесной снедью. Подобная информация уже выглядела вполне правдоподобно.

Конец блестящей карьеры

В результате 29 апреля 1952 года начальник Управления охраны и личный телохранитель Сталина был отстранён от должности и отправлен в уральский город Асбест в качестве заместителя начальника местного исправительно-трудового лагеря. Но это был, разумеется, лишь первый шаг в разверзавшуюся перед ним пропасть.

В декабре того же года он был арестован в связи с «делом врачей», поскольку, являясь главой охранного ведомства, отвечал за благонадёжность медперсонала, в отношении которого были выдвинуты тогда надуманные обвинения. Уже 17 января следующего года состоялось заседание Военной коллегии Верховного суда СССР, признавшей его виновным в злоупотреблении служебным положением и приговорившей к ссылке сроком на 10 лет. Вскоре после смерти Сталина приговор был смягчён до 5 лет с отбыванием наказания в одном из районов Красноярского края.

Последние годы жизни

После проходившего в марте 1956 года и осудившего культ личности Сталина, на свободу стали выходить многие жертвы его человеконенавистнического режима. Освободился в те дни и Власик Николай Сидорович, биография которого была теснейшим образом связана с именем развенчанного вождя. Решением судебной коллегии он был помилован и выпущен на свободу. Судимость с него сняли, но без восстановления прежнего воинского звания генерал-лейтенанта и без возвращения правительственных наград.

Последние годы жизни Власик провёл в Москве. Скончался он 18 июня 1967 года. Полностью же реабилитирован он был лишь в июне 2000 года, когда решением Верховного суда РФ приговор, вынесенный в 1955 году, отменили «за отсутствием состава преступления».

За что на самом деле пострадал Власик?

Николай Сидорович, личная жизнь которого стала предметом изучения многих биографов, был практически выброшен Сталиным как отработанный материал. В чём же причина такого поступка? Возможно, она кроется в подозрительности, болезненно обострившейся к концу жизни вождя. Не исключено также, что Сталин действительно желал наказать Власика за пьяные разгулы и растрату госсредств. Но вероятнее всего, что, меняя в тот период прежних руководителей на молодых сотрудников, он пришёл к мысли, что настала пора избавляться и от начальника своей личной охраны. Впрочем, могли быть и другие причины, о которых мы не знаем. Жизнь Николая Власика ещё хранит в себе много загадок.

Николай Сидорович Власик – начальник охраны Сталина с 1927 по 1952 год, в обязанности которого входило не только обеспечение безопасности первого лица государства, но и забота о быте его семьи, а после смерти Надежды Аллилуевой – ещё и о детях. Всего через 10- 15 лет после назначения на эту должность он стал мощной фигурой в ближайшем окружении Сталина, стоящей во главе огромной структуры с широкими полномочиями, большой зоной ответственности и масштабными задачами – управление охраны со 170-миллионным бюджетом.

Тернистый путь Николая Власика: от церковно-приходской школы до ВЧК

Рано оставшийся без родителей, Николай Власик по окончании трёх классов приходской церковной школы устраивается работать чернорабочим. Позже освоит работу каменщика. В 1915 году участвует в боях Первой мировой. После ранения служит в Москве – командует пехотным полком. Примкнул к большевикам, воевал в Гражданскую.

В 1919 году его направили на работу во Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и шпионажем, в центральный аппарат, возглавляемый Ф. Дзержинским. С 1926 работает в оперативном отделении ОГПУ, занимает должность старшего уполномоченного.

«Ноу-хау» Власика, или какие меры безопасности разработал главный телохранитель

В 1927 году, после теракта у здания комендатуры в центре Москвы, создаётся спецструктура, обеспечивающую безопасность высшего эшелона власти. Возглавил её Н.С. Власик. Приняв пост начальника охраны Сталина, он основательно берётся за обеспечение безопасности и налаживание быта генерального секретаря.

Поначалу Сталин противился новшествам, заведённым этим выходцем из Белоруссии, возможно опасаясь обвинений в мещанстве от своих соратников по революции и партийной номенклатуры. Но вскоре он уже одобрительно смотрел на такие перемены – Власик организовал ему не только налаженный быт, но и охрану, про которую можно было сказать, что «мышь не проскочит».

Начальник охраны трудился почти круглые сутки, без отпуска и выходных. Сталина подкупали в нем честность, правдивость, рациональность, умение обстоятельно и толково организовать порученное ему дело.

Власиком были разработаны меры по обеспечению безопасности первого секретаря во время его пребывания в Кремле или на даче, поездок по стране, различных официальных мероприятий и встреч на высшем уровне с международными лидерами (в том числе и на Потсдамской конференции).

Именно он придумывает способ перемещения Сталина в «зашифрованных эскортах»: несколько одинаковых автомобилей выезжали по разным маршрутам. В каком из них находился генеральный секретарь, а в каких его двойники не знал никто, кроме самого начальника охраны или того, кому он поручал в этот день выезд главного секретаря. Так же было и с вылетами на правительственном самолёте – подготавливались несколько рейсов, но лишь сам Сталин в последнюю минуту указывал, каким именно он полетит. Для контроля за безопасностью питания вождя была создана спецлаборатория, где пища проверялась на наличие ядов.

Постепенно Власик организовывал несколько дач в Подмосковье и на юге страны, которые всегда были в полной готовности принять генерального секретаря. Разумеется, эти объекты тоже охранялись и обеспечивались должным образом.

Инцидент под Гаграми, или как заслужил доверие Сталина Николай Сидорович

Случай в Гаграх в 1935 году только укрепил доверие Сталина к начальнику его охраны. Это была простая прогулочная поездка на катере, но, по недоразумению, судно было обстреляно пограничниками.

Власик закрыл собой руководителя страны. Оба остались живы. Офицер, отдавший приказ стрелять, был осуждён на 5 лет, а в 1937 году расстрелян.

Столкновение с чекистами, трофейные коровы, арест и ссылка

Многочисленные попытки устранить вождя народов, предпринимаемые ближним окружением и западными спецслужбами, не удавались, пока за его безопасность отвечал Власик. Однако простить ему близость к Сталину, могущество его охранной империи Берия и другие приближенные из партийной номенклатуры не могли. Последовательно и неотступно они подрывали доверие Сталина к Николаю Власику. Чтобы добраться до начальника охраны первого секретаря, арестовывались люди из его ближайшего окружения (одним из первых – комендант «Ближней дачи» Иван Федосеев).

Некоторое время Сталин сопротивлялся нападкам на Власика и не верил в выдвигаемые обвинения. Но после заявления некой Тимашук о вредительстве открывается так называемое «дело врачей». Поскольку безопасность лечения первых лиц государства тоже входило в зону ответственности Власика, ему предъявляется обвинение в недостаточной бдительности. Попытки самого Николая Сидоровича объяснить, что им не выявлено никаких подтверждений версии Тимашук, успехом не увенчались.

Затем специальная комиссия ЦК начала финансовую проверку деятельности управления, возглавляемого Власиком. Ответственность за обнаружившуюся недостачу бюджетных средств ложится на плечи главы управления – его сняли с занимаемой должности и отправили на Урал на должность начальника исправительно-трудового лагеря.

В 1952 году он был арестован, лишён всех наград и званий. Помимо прежних обвинений в финансовых нарушениях ему инкриминировалось незаконное самообогащение на оккупированной территории Германии, что подтвердилось во время обыска у генерала – были обнаружены ковры, хрустальные вазы и ценные сервизы, фотоаппараты. Кроме этого, он вывез двух лошадей, три коровы и быка для своих родственников из Белоруссии. Деревня, в которой они жили, была сожжена немцами, и немногие оставшиеся в живых люди бедствовали.

Несмотря на изощрённые пытки, Николай Власик не признал никаких обвинений против себя, кроме растраты средств, не дал ни на кого ложных показаний. В 1955 году срок пребывания в тюремном заключении был сокращён до 5 лет, а в 1956 его помиловали и сняли с него судимость. Однако награды и воинские звания возвращены ему не были. По его собственному признанию, не смотря на пережитое им во время тюремного заключения, он никогда не держал зла на самого Сталина, потому что хорошо понимал степень влияния на него со стороны Берии и других соратников по партии, которые ненавидели не только Власика, но и самого Сталина.

Умер Власик в Москве в 1967 году от рака лёгких. Его похоронили на Новом Донском кладбище. Интересно, что в 2001 году Верховный Суд РФ реабилитировал Николая Сидоровича: приговор 1955 году в отношении него был отменен. Кроме того, Власику были возвращены воинские звания.

Последующие же лидеры СССР относились к своей охране с нескрываемым раздражением. А некоторые, например Хрущёв и Горбачёв,

-
СССР СССР -

Звание Генерал-лейтенант

: неверное или отсутствующее изображение

Командовал Сражения/войны Награды и премии

Российской империи

Никола́й Си́дорович Вла́сик (22 мая 1896 года , Бобыничи (белор.) русск. Слонимского уезда Гродненской губернии (ныне Слонимский район Гродненской области) - 18 июня 1967 года , Москва) - сотрудник органов государственной безопасности СССР. Начальник охраны Сталина ( -). Генерал-лейтенант ().

Начало службы

С мая 1943 года - начальник 6-го управления наркомата госбезопасности СССР, с августа 1943 года - первый заместитель начальника этого управления. С апреля 1946 года - начальник Главного управления охраны Министерства госбезопасности СССР (с декабря 1946 года - Главное управление охраны).

Власик долгие годы был личным телохранителем Сталина и дольше всех продержался на этом посту. Придя в его личную охрану в 1931 году , он не только стал её начальником, но и перенял многие бытовые проблемы семьи Сталина, в которой по существу Власик был членом семьи. После смерти жены Сталина Н. С. Аллилуевой он был также воспитателем детей, практически выполнял функции мажордома.

Власик крайне негативно оценивается Светланой Аллилуевой в книге «Двадцать писем к другу» и положительно - приёмным сыном И. В. Сталина Артёмом Сергеевым , который считает, что роль и вклад Н. С. Власика ещё не оценены до конца.

Основной обязанностью его было обеспечение безопасности Сталина. Труд этот был нечеловеческий. Всегда ответственность головой, всегда жизнь на острие. Он прекрасно знал и друзей, и недругов Сталина. И знал, что его жизнь и жизнь Сталина очень тесно связаны между собой, и неслучайно, когда месяца за полтора–два до смерти Сталина вдруг его арестовали, он сказал: «Меня арестовали, значит, скоро не будет Сталина». И, действительно, после этого ареста Сталин прожил немного.

Что у Власика вообще была за работа? Это была работа день и ночь, не было 6–8-часового рабочего дня. У него вся жизнь была работа, и он жил около Сталина. Рядом с комнатой Сталина была комната Власика...

Он понимал, что живёт для Сталина, чтобы обеспечить работу Сталина, а значит, и советского государства. Власик и Поскрёбышев были как две подпорки для той колоссальной деятельности, не оценённой ещё до конца, которую вёл Сталин, а они остались в тени. И с Поскрёбышевым поступили плохо, ещё хуже - с Власиком.
Артём Сергеев . «Беседы о Сталине» .


Н. С. Власик с И. В. Сталиным и его сыном Василием . Ближняя дача в Волынском, 1935 год	Н. С. Власик с женой Марией Семёновной, 1930-е годы	Н. С. Власик (крайний справа) сопровождает И. В. Сталина на Потсдамской конференции , 1 августа 1945 года	Н. С. Власик в рабочем кабинете. Начало 1940-х годов

С 1947 года являлся депутатом Московского городского совета трудящихся 2 созыва.

В мае 1952 года был снят с должности начальника охраны Сталина и направлен в уральский город Асбест заместителем начальника Баженовского исправительно-трудового лагеря МВД СССР.

Арест, суд, ссылка

Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 15 декабря 1956 года Власик был помилован со снятием судимости, но в воинском звании и наградах восстановлен не был.

В своих воспоминаниях Власик писал :

Я был жестоко обижен Сталиным . За 25 лет безупречной работы, не имея ни одного взыскания, а только одни поощрения и награды, я был исключен из партии и брошен в тюрьму. За мою беспредельную преданность он отдал меня в руки врагов. Но никогда, ни одной минуты, в каком бы состоянии я ни находился, каким бы издевательствам я ни подвергался, находясь в тюрьме, я не имел в своей душе зла на Сталина .

Последние годы

Жил в Москве. Скончался 18 июня 1967 года в Москве от рака лёгких . Похоронен на Новом Донском кладбище .

Реабилитация

Награды

Георгиевский крест 4-й степени
Три ордена Ленина (26.04.1940, 21.02.1945, 16.09.1945)
Три ордена Красного Знамени (28.08.1937, 20.09.1943, 3.11.1944)
Орден Красной Звезды (14.05.1936)
Орден Кутузова I степени (24.02.1945)
Медаль ХХ лет РККА (22.02.1938)
Два знака Почётный работник ВЧК-ГПУ (20.12.1932, 16.12.1935)

Звания

Майор госбезопасности (11.12.1935)
Старший майор госбезопасности (26.04.1938)
Комиссар госбезопасности 3 ранга (28.12.1938)
Генерал-лейтенант (12.07.1945)

Личная жизнь и увлечения

Николай Власик увлекался фотографией. Ему принадлежит авторство многих уникальных фотографий Иосифа Сталина, членов его семьи и ближайшего окружения .

Жена - Мария Семёновна Власик (1908-1996). Дочь - Надежда Николаевна Власик-Михайлова (род. 1935 год), работала художественным редактором и художником-графиком в издательстве «Наука».

См. также

Киновоплощения

- «Ближний круг» , в роли Н. С. Власика - народный артист СССР Олег Табаков .
- «Сталин. Live », в роли Н. С. Власика - Юрий Гамаюнов .
- «Ялта-45» , в роли Н. С. Власика - Борис Каморзин .
- «Сын отца народов» , в роли Н. С. Власика - заслуженный артист России Юрий Лахин .
- «Убить Сталина» , в роли Н. С. Власика - народный артист России Владимир Юматов .
- Документальный сериал «Власик», в роли Н. С. Власика - Константин Милованов .

Напишите отзыв о статье "Власик, Николай Сидорович"

Литература

Власик Н. С. "Воспоминания о И. В. Сталине"
// Петров Н. В., Скоркин К. В. / Под ред. Н. Г. Охотина и А. Б. Рогинского. - М .: Звенья, 1999. - 502 с. - 3000 экз. - ISBN 5-7870-0032-3 .
В. Логинов. . - М .: Современник, 2000. - 152 с. - ISBN 5-270-01297-9 .
Артём Сергеев , Екатерина Глушик . Беседы о Сталине. - М .: Крымский мост-9Д, 2006. - 192 с. - (Сталин: Первоисточники). - 5000 экз. - ISBN 5-89747-067-7 .
Артём Сергеев , Екатерина Глушик . Как жил, работал и воспитывал детей И. В. Сталин. Свидетельства очевидца. - М .: Крымский мост-9Д, НТЦ "Форум", 2011. - 288 с. - (Сталин: Первоисточники). - 2000 экз. - ISBN 978-5-89747-062-4 .

Примечания

Ссылки

Воспоминания начальника личной охраны И. В. Сталина: , , , ,

Отрывок, характеризующий Власик, Николай Сидорович

Камердинер, вернувшись, доложил графу, что горит Москва. Граф надел халат и вышел посмотреть. С ним вместе вышла и не раздевавшаяся еще Соня, и madame Schoss. Наташа и графиня одни оставались в комнате. (Пети не было больше с семейством; он пошел вперед с своим полком, шедшим к Троице.)
Графиня заплакала, услыхавши весть о пожаре Москвы. Наташа, бледная, с остановившимися глазами, сидевшая под образами на лавке (на том самом месте, на которое она села приехавши), не обратила никакого внимания на слова отца. Она прислушивалась к неумолкаемому стону адъютанта, слышному через три дома.
– Ах, какой ужас! – сказала, со двора возвративись, иззябшая и испуганная Соня. – Я думаю, вся Москва сгорит, ужасное зарево! Наташа, посмотри теперь, отсюда из окошка видно, – сказала она сестре, видимо, желая чем нибудь развлечь ее. Но Наташа посмотрела на нее, как бы не понимая того, что у ней спрашивали, и опять уставилась глазами в угол печи. Наташа находилась в этом состоянии столбняка с нынешнего утра, с того самого времени, как Соня, к удивлению и досаде графини, непонятно для чего, нашла нужным объявить Наташе о ране князя Андрея и о его присутствии с ними в поезде. Графиня рассердилась на Соню, как она редко сердилась. Соня плакала и просила прощенья и теперь, как бы стараясь загладить свою вину, не переставая ухаживала за сестрой.
– Посмотри, Наташа, как ужасно горит, – сказала Соня.
– Что горит? – спросила Наташа. – Ах, да, Москва.
И как бы для того, чтобы не обидеть Сони отказом и отделаться от нее, она подвинула голову к окну, поглядела так, что, очевидно, не могла ничего видеть, и опять села в свое прежнее положение.
– Да ты не видела?
– Нет, право, я видела, – умоляющим о спокойствии голосом сказала она.
И графине и Соне понятно было, что Москва, пожар Москвы, что бы то ни было, конечно, не могло иметь значения для Наташи.
Граф опять пошел за перегородку и лег. Графиня подошла к Наташе, дотронулась перевернутой рукой до ее головы, как это она делала, когда дочь ее бывала больна, потом дотронулась до ее лба губами, как бы для того, чтобы узнать, есть ли жар, и поцеловала ее.
– Ты озябла. Ты вся дрожишь. Ты бы ложилась, – сказала она.
– Ложиться? Да, хорошо, я лягу. Я сейчас лягу, – сказала Наташа.
С тех пор как Наташе в нынешнее утро сказали о том, что князь Андрей тяжело ранен и едет с ними, она только в первую минуту много спрашивала о том, куда? как? опасно ли он ранен? и можно ли ей видеть его? Но после того как ей сказали, что видеть его ей нельзя, что он ранен тяжело, но что жизнь его не в опасности, она, очевидно, не поверив тому, что ей говорили, но убедившись, что сколько бы она ни говорила, ей будут отвечать одно и то же, перестала спрашивать и говорить. Всю дорогу с большими глазами, которые так знала и которых выражения так боялась графиня, Наташа сидела неподвижно в углу кареты и так же сидела теперь на лавке, на которую села. Что то она задумывала, что то она решала или уже решила в своем уме теперь, – это знала графиня, но что это такое было, она не знала, и это то страшило и мучило ее.
– Наташа, разденься, голубушка, ложись на мою постель. (Только графине одной была постелена постель на кровати; m me Schoss и обе барышни должны были спать на полу на сене.)
– Нет, мама, я лягу тут, на полу, – сердито сказала Наташа, подошла к окну и отворила его. Стон адъютанта из открытого окна послышался явственнее. Она высунула голову в сырой воздух ночи, и графиня видела, как тонкие плечи ее тряслись от рыданий и бились о раму. Наташа знала, что стонал не князь Андрей. Она знала, что князь Андрей лежал в той же связи, где они были, в другой избе через сени; но этот страшный неумолкавший стон заставил зарыдать ее. Графиня переглянулась с Соней.
– Ложись, голубушка, ложись, мой дружок, – сказала графиня, слегка дотрогиваясь рукой до плеча Наташи. – Ну, ложись же.
– Ах, да… Я сейчас, сейчас лягу, – сказала Наташа, поспешно раздеваясь и обрывая завязки юбок. Скинув платье и надев кофту, она, подвернув ноги, села на приготовленную на полу постель и, перекинув через плечо наперед свою недлинную тонкую косу, стала переплетать ее. Тонкие длинные привычные пальцы быстро, ловко разбирали, плели, завязывали косу. Голова Наташи привычным жестом поворачивалась то в одну, то в другую сторону, но глаза, лихорадочно открытые, неподвижно смотрели прямо. Когда ночной костюм был окончен, Наташа тихо опустилась на простыню, постланную на сено с края от двери.
– Наташа, ты в середину ляг, – сказала Соня.
– Нет, я тут, – проговорила Наташа. – Да ложитесь же, – прибавила она с досадой. И она зарылась лицом в подушку.
Графиня, m me Schoss и Соня поспешно разделись и легли. Одна лампадка осталась в комнате. Но на дворе светлело от пожара Малых Мытищ за две версты, и гудели пьяные крики народа в кабаке, который разбили мамоновские казаки, на перекоске, на улице, и все слышался неумолкаемый стон адъютанта.
Долго прислушивалась Наташа к внутренним и внешним звукам, доносившимся до нее, и не шевелилась. Она слышала сначала молитву и вздохи матери, трещание под ней ее кровати, знакомый с свистом храп m me Schoss, тихое дыханье Сони. Потом графиня окликнула Наташу. Наташа не отвечала ей.
– Кажется, спит, мама, – тихо отвечала Соня. Графиня, помолчав немного, окликнула еще раз, но уже никто ей не откликнулся.
Скоро после этого Наташа услышала ровное дыхание матери. Наташа не шевелилась, несмотря на то, что ее маленькая босая нога, выбившись из под одеяла, зябла на голом полу.
Как бы празднуя победу над всеми, в щели закричал сверчок. Пропел петух далеко, откликнулись близкие. В кабаке затихли крики, только слышался тот же стой адъютанта. Наташа приподнялась.
– Соня? ты спишь? Мама? – прошептала она. Никто не ответил. Наташа медленно и осторожно встала, перекрестилась и ступила осторожно узкой и гибкой босой ступней на грязный холодный пол. Скрипнула половица. Она, быстро перебирая ногами, пробежала, как котенок, несколько шагов и взялась за холодную скобку двери.
Ей казалось, что то тяжелое, равномерно ударяя, стучит во все стены избы: это билось ее замиравшее от страха, от ужаса и любви разрывающееся сердце.
Она отворила дверь, перешагнула порог и ступила на сырую, холодную землю сеней. Обхвативший холод освежил ее. Она ощупала босой ногой спящего человека, перешагнула через него и отворила дверь в избу, где лежал князь Андрей. В избе этой было темно. В заднем углу у кровати, на которой лежало что то, на лавке стояла нагоревшая большим грибом сальная свечка.
Наташа с утра еще, когда ей сказали про рану и присутствие князя Андрея, решила, что она должна видеть его. Она не знала, для чего это должно было, но она знала, что свидание будет мучительно, и тем более она была убеждена, что оно было необходимо.
Весь день она жила только надеждой того, что ночью она уввдит его. Но теперь, когда наступила эта минута, на нее нашел ужас того, что она увидит. Как он был изуродован? Что оставалось от него? Такой ли он был, какой был этот неумолкавший стон адъютанта? Да, он был такой. Он был в ее воображении олицетворение этого ужасного стона. Когда она увидала неясную массу в углу и приняла его поднятые под одеялом колени за его плечи, она представила себе какое то ужасное тело и в ужасе остановилась. Но непреодолимая сила влекла ее вперед. Она осторожно ступила один шаг, другой и очутилась на середине небольшой загроможденной избы. В избе под образами лежал на лавках другой человек (это был Тимохин), и на полу лежали еще два какие то человека (это были доктор и камердинер).
Камердинер приподнялся и прошептал что то. Тимохин, страдая от боли в раненой ноге, не спал и во все глаза смотрел на странное явление девушки в бедой рубашке, кофте и вечном чепчике. Сонные и испуганные слова камердинера; «Чего вам, зачем?» – только заставили скорее Наташу подойти и тому, что лежало в углу. Как ни страшно, ни непохоже на человеческое было это тело, она должна была его видеть. Она миновала камердинера: нагоревший гриб свечки свалился, и она ясно увидала лежащего с выпростанными руками на одеяле князя Андрея, такого, каким она его всегда видела.
Он был таков же, как всегда; но воспаленный цвет его лица, блестящие глаза, устремленные восторженно на нее, а в особенности нежная детская шея, выступавшая из отложенного воротника рубашки, давали ему особый, невинный, ребяческий вид, которого, однако, она никогда не видала в князе Андрее. Она подошла к нему и быстрым, гибким, молодым движением стала на колени.
Он улыбнулся и протянул ей руку.

Для князя Андрея прошло семь дней с того времени, как он очнулся на перевязочном пункте Бородинского поля. Все это время он находился почти в постояниом беспамятстве. Горячечное состояние и воспаление кишок, которые были повреждены, по мнению доктора, ехавшего с раненым, должны были унести его. Но на седьмой день он с удовольствием съел ломоть хлеба с чаем, и доктор заметил, что общий жар уменьшился. Князь Андрей поутру пришел в сознание. Первую ночь после выезда из Москвы было довольно тепло, и князь Андрей был оставлен для ночлега в коляске; но в Мытищах раненый сам потребовал, чтобы его вынесли и чтобы ему дали чаю. Боль, причиненная ему переноской в избу, заставила князя Андрея громко стонать и потерять опять сознание. Когда его уложили на походной кровати, он долго лежал с закрытыми глазами без движения. Потом он открыл их и тихо прошептал: «Что же чаю?» Памятливость эта к мелким подробностям жизни поразила доктора. Он пощупал пульс и, к удивлению и неудовольствию своему, заметил, что пульс был лучше. К неудовольствию своему это заметил доктор потому, что он по опыту своему был убежден, что жить князь Андрей не может и что ежели он не умрет теперь, то он только с большими страданиями умрет несколько времени после. С князем Андреем везли присоединившегося к ним в Москве майора его полка Тимохина с красным носиком, раненного в ногу в том же Бородинском сражении. При них ехал доктор, камердинер князя, его кучер и два денщика.
Князю Андрею дали чаю. Он жадно пил, лихорадочными глазами глядя вперед себя на дверь, как бы стараясь что то понять и припомнить.
– Не хочу больше. Тимохин тут? – спросил он. Тимохин подполз к нему по лавке.
– Я здесь, ваше сиятельство.
– Как рана?
– Моя то с? Ничего. Вот вы то? – Князь Андрей опять задумался, как будто припоминая что то.
– Нельзя ли достать книгу? – сказал он.
– Какую книгу?
– Евангелие! У меня нет.
Доктор обещался достать и стал расспрашивать князя о том, что он чувствует. Князь Андрей неохотно, но разумно отвечал на все вопросы доктора и потом сказал, что ему надо бы подложить валик, а то неловко и очень больно. Доктор и камердинер подняли шинель, которою он был накрыт, и, морщась от тяжкого запаха гнилого мяса, распространявшегося от раны, стали рассматривать это страшное место. Доктор чем то очень остался недоволен, что то иначе переделал, перевернул раненого так, что тот опять застонал и от боли во время поворачивания опять потерял сознание и стал бредить. Он все говорил о том, чтобы ему достали поскорее эту книгу и подложили бы ее туда.
– И что это вам стоит! – говорил он. – У меня ее нет, – достаньте, пожалуйста, подложите на минуточку, – говорил он жалким голосом.
Доктор вышел в сени, чтобы умыть руки.
– Ах, бессовестные, право, – говорил доктор камердинеру, лившему ему воду на руки. – Только на минуту не досмотрел. Ведь вы его прямо на рану положили. Ведь это такая боль, что я удивляюсь, как он терпит.
– Мы, кажется, подложили, господи Иисусе Христе, – говорил камердинер.
В первый раз князь Андрей понял, где он был и что с ним было, и вспомнил то, что он был ранен и как в ту минуту, когда коляска остановилась в Мытищах, он попросился в избу. Спутавшись опять от боли, он опомнился другой раз в избе, когда пил чай, и тут опять, повторив в своем воспоминании все, что с ним было, он живее всего представил себе ту минуту на перевязочном пункте, когда, при виде страданий нелюбимого им человека, ему пришли эти новые, сулившие ему счастие мысли. И мысли эти, хотя и неясно и неопределенно, теперь опять овладели его душой. Он вспомнил, что у него было теперь новое счастье и что это счастье имело что то такое общее с Евангелием. Потому то он попросил Евангелие. Но дурное положение, которое дали его ране, новое переворачиванье опять смешали его мысли, и он в третий раз очнулся к жизни уже в совершенной тишине ночи. Все спали вокруг него. Сверчок кричал через сени, на улице кто то кричал и пел, тараканы шелестели по столу и образам, в осенняя толстая муха билась у него по изголовью и около сальной свечи, нагоревшей большим грибом и стоявшей подле него.
Душа его была не в нормальном состоянии. Здоровый человек обыкновенно мыслит, ощущает и вспоминает одновременно о бесчисленном количестве предметов, но имеет власть и силу, избрав один ряд мыслей или явлений, на этом ряде явлений остановить все свое внимание. Здоровый человек в минуту глубочайшего размышления отрывается, чтобы сказать учтивое слово вошедшему человеку, и опять возвращается к своим мыслям. Душа же князя Андрея была не в нормальном состоянии в этом отношении. Все силы его души были деятельнее, яснее, чем когда нибудь, но они действовали вне его воли. Самые разнообразные мысли и представления одновременно владели им. Иногда мысль его вдруг начинала работать, и с такой силой, ясностью и глубиною, с какою никогда она не была в силах действовать в здоровом состоянии; но вдруг, посредине своей работы, она обрывалась, заменялась каким нибудь неожиданным представлением, и не было сил возвратиться к ней.
«Да, мне открылась новое счастье, неотъемлемое от человека, – думал он, лежа в полутемной тихой избе и глядя вперед лихорадочно раскрытыми, остановившимися глазами. Счастье, находящееся вне материальных сил, вне материальных внешних влияний на человека, счастье одной души, счастье любви! Понять его может всякий человек, но сознать и предписать его мот только один бог. Но как же бог предписал этот закон? Почему сын?.. И вдруг ход мыслей этих оборвался, и князь Андрей услыхал (не зная, в бреду или в действительности он слышит это), услыхал какой то тихий, шепчущий голос, неумолкаемо в такт твердивший: „И пити пити питии“ потом „и ти тии“ опять „и пити пити питии“ опять „и ти ти“. Вместе с этим, под звук этой шепчущей музыки, князь Андрей чувствовал, что над лицом его, над самой серединой воздвигалось какое то странное воздушное здание из тонких иголок или лучинок. Он чувствовал (хотя это и тяжело ему было), что ему надо было старательна держать равновесие, для того чтобы воздвигавшееся здание это не завалилось; но оно все таки заваливалось и опять медленно воздвигалось при звуках равномерно шепчущей музыки. „Тянется! тянется! растягивается и все тянется“, – говорил себе князь Андрей. Вместе с прислушаньем к шепоту и с ощущением этого тянущегося и воздвигающегося здания из иголок князь Андрей видел урывками и красный, окруженный кругом свет свечки и слышал шуршанъе тараканов и шуршанье мухи, бившейся на подушку и на лицо его. И всякий раз, как муха прикасалась к егв лицу, она производила жгучее ощущение; но вместе с тем его удивляло то, что, ударяясь в самую область воздвигавшегося на лице его здания, муха не разрушала его. Но, кроме этого, было еще одно важное. Это было белое у двери, это была статуя сфинкса, которая тоже давила его.