Бонч-бруевич михаил александрович. Русская армия в Великой войне: Картотека проекта: Бонч-Бруевич Михаил Дмитриевич 1918 м а бонч бруевич что создал
Инженер-изобретатель и ученый, является первым радиофикатором Советского Союза
Михаил Александрович Бонч-Бруевич родился 22 февраля 1888 г. в Орле. В юности увлекся радиотехникой и в любительских условиях построил в 1906 г. радиопередатчик и радиоприемник по схеме А. С. Попова. Окончил военно-инженерное училище в Петербурге и высшую военно-электротехническую школу. В 1914 г. поступил на работу помощником начальника Тверской приемной радиостанции. Здесь он организовал небольшую лабораторию, в которой изготовил первые отечественные электронные лампы и первые ламповые приемники.
После Великой Октябрьской Социалистической революции работами Бонч-Бруевича заинтересовался В. И. Ленин, который поручил Наркомпочтелю организовать первую советскую лабораторию.
Лаборатория эта при непосредственном содействии В. И. Ленина была организована в Нижнем Новгороде 2 декабря 1918 г. Научным руководителем лаборатории был назначен М. А. Бонч-Бруевич.
В годы интервенции и блокады, когда страна была изолирована от внешнего мира, Нижегородская радиолаборатория (НРЛ) стала подлинной кузницей радиоизобретений. Здесь во всю ширь развернулся талант Михаила Александровича. Лаборатория получила мировую известность и дважды (в 1922 и 1928 гг.) была награждена орденом Трудового Красного Знамени.
Уже в 1918 г. М. А. Бонч-Бруевич начал в лаборатории выпуск первых советских вакуумных приемных ламп, стал разрабатывать генераторные и модуляторные лампы, а в 1920 г. изготовил первую лампу мощностью 2 кВт и закончил разработку первого радиотелефонного передатчика.
"Пользуюсь случаем, чтобы выразить Вам глубокую благодарность и сочувствие по поводу большой работы радиоизобретений, которую Вы делаете. Газета без бумаги и "без расстояний", которую Вы создаете, будет великим делом.
Всяческое и всемерное содействие обещаю вам оказывать этой и подобным работам.
С лучшими пожеланиями В. Ульянов (Ленин)".
В том же году Совет Труда и Обороны поручил НРЛ построить центральную радиостанцию с радиусом действия две тысячи верст.
Работая над выполнением этого задания, М. А. Бонч-Бруевич совершенствует конструкцию генераторных ламп, разрабатывает лампу мощностью в 25 кВт и строит двенадцатикиловаттный радиотелефонный передатчик.
Эти его достижения опередили мировую радиотехнику, не имевшую в то время ни таких ламп, ни радиостанций подобных мощностей. Генераторные лампы с водяным охлаждением - изобретение Бонч-Бруевича - были затем скопированы за границей.
Первый концерт по радио был дан в 1922 г. из Нижнего Новгорода.
С 1923 г. Нижегородская лаборатория под руководством М. А. Бонч-Бруевича разработала ряд новых мощных ламп (до 100 кВт), построила 40 кВт радиовещательную станцию в Москве и 27 однокиловаттных радиовещательных станций, установленных в различных городах Советского Союза.
Необходимо отметить большую роль Бонч-Бруевича в области техники коротких волн, где он также был пионером и инициатором применения их для коммерческой радиосвязи, первым ввел работу "дневной" и "ночной" волной, совместно с В. В. Татариновым сконструировал антенны направленного действия, разработал их теорию.
В 1929 г. НРЛ была переведена в Ленинград и слита с центральной радиолабораторией Треста заводов слабого тока. В дальнейшем на ее базе возник ряд отдельных научно-исследовательских институтов и лабораторий. В Ленинграде М. А. Бонч-Бруевич продолжил научную деятельность. Он был избран профессором кафедры радиотехники Ленинградского электротехнического института связи, занимался вопросами радиосвязи на Дальнем Севере, вел исследования в области ионосферы.
Под руководством Бонч-Бруевича в 1932 г. впервые в СССР было поставлено исследование ионосферы методом радиоэха.
В последние годы своей жизни Михаил Александрович занимался практическим применением ультракоротких волн.
Из дворян. Брат В.Д. Бонч-Бруевича В 1891 окончил московский Константиновский Межевой институт, в 1892 году - военно-училищный курс Московского пехотного юнкерского училища. В 1898 году - Академию Генштаба. С 1913 полковник. В 1914 командир пехотного полка. В августе - сентябре 1914 генерал-квартирмейстер штаба 3-й армии Юга-Западного фронта, затем - штаба Северо-Западного фронта; с января 1915 генерал-майор. С апреля 1915 начальник штаба 6-й армии, дислоцировавшейся в Петрограде и его окрестностях, затем до февраля 1916 начальник штаба Северного фронта. С марта 1916 начальник гарнизона Пскова, где находилась Ставка главкома Северного фронта.
После Февральской революции 1917 установил контакт с Псковским Советом РСД, кооптирован в исполком Совета, что послужило поводом для прозвища "советский генерал". В дни выступления генерала Л.Г. Корнилова сотрудничал с и.о. комиссара фронта трудовиком Савицким, стремясь предотвратить возможные конфликты между солдатами и офицерами. 29 августа главком Северного фронта генерал В.Н. Клембовский, занявший позицию осторожной поддержки Корнилова, был смещен Временным правительством и Бонч-Бруевич назначен врид главкома. В этом качестве задержал в Пскове генерала П.Н. Краснова, назначенного Корниловым командиром 3-го конного корпуса и направлявшегося к частям, двигавшимся к Петрограду. При вступлении в должность Бонч-Бруевич издал приказ, в котором напоминал войскам, что "...враг стоит перед нами вплотную и готовится в ближайшее время нанести нам решительный удар. Если армии Северного фронта, действуя совместно с флотом, не дадут решительного отпора противнику в этом его намерении, то наша Родина погибнет неминуемо" ("Приказы главнокомандующего армиями Сев. фронта", 1917, N 664, ЦГВИА, Б-ка, № 16477). 9 сентября заменен на посту главкома генералом ВА Черемисовым и назначен в распоряжение Главковерха. Прибыв в Ставку, установил связь с Могилёвским Советом РСД и 27 сентября кооптирован в его исполком. В начале октября отклонил назначение генерал-губернатором Юго-Западного края (с резиденцией в Киеве) и Степного края (в Омске), принял назначение начальником Могилёвского гарнизона.
После отказа Главковерха генерала Н.Н. Духонина 9 ноября выполнить распоряжение СНК начать переговоры с Германией. Советское правительство предложило Бонч-Бруевичу занять пост Главковерха, но он отказался, считая, что в сложившейся ситуации этот пост должен занимать политический деятель, и Главковерхом был назначен Н.В. Крыленко. При подходе к Могилёву воинских эшелонов нового Главковерха Бонч-Бруевич как начальник гарнизона предотвратил столкновение между ними и войсками, находившимися в городе. После занятия Ставки советскими войсками назначен 20 ноября начальником штаба Главковерха. Позже писал: "Скорее инстинктом, чем разумом, я тянулся к большевикам, видя в них единственную силу, способную спасти Россию от развала и полного уничтожения" (Бонч-Бруевич М.Д., Вся власть советам. Воспоминания, М., 1957, с. 226). Всячески стремился сохранить боеспособность армии. 27 ноября в разговоре по прямому проводу с врид главкома Юго-Западного фронта генералом Н.Н. Стоговым заявил: "Все начальники отделов Ставки со мною вместе выразили вполне определённое решение сохранить технический аппарат Ставки и принять все меры к тому, чтобы сохранить аппарат управления во фронтах и армиях. Такое наше решение вытекает из преданности общему делу спасения Отечества, и мы все решили, считаясь с текущим моментом, работать на своих местах до последней возможности", В том же разговоре дал указание Стогову сотрудничать с украинскими властями: "В отношении Рады необходимо держаться совместной работы. Думаю, что с этой стороны нет угрозы гражданской войны" (ЦГВИА, ф. 2067, оп. 1, Д. 2925, л. 500-502). 28 ноября в связи с усиливавшимся дезертирством призвал главкомов армиями фронтов "принять безотлагательные меры к пресечению бегства с фронта в самом его начале" (там же, ф. 2003, оп. 1, д, 533, л. 237). В связи с введением в армии выборного начала для командного состава опасался "...полного расстройства аппарата управления войсками и потому полной потери боеспособности армии" (там же, ф. 2003, оп 4 Д. 51, л. 54). 30 ноября в телеграмме главкомам фронтами и их комиссарам отметил, что "...необходимо достигнуть того, чтобы на ответственных и командных должностях находились люди, соответствующие этим должностям по своему характеру, способностям и знаниям" ("Военно-рев. к-ты действующей армии", М., 1977, С. 106-107).
С начала 1918 систематически докладывал СНК о нарастающей небоеспособности армии, укрепляя решимость правительства к ускорению подписания мира с Германией. 4 января писал: "Армии совершенно небоеспособны и не в состоянии сдержать противника не только на занимаемых позициях, но и при отнесении линии обороны в глубокий тыл" ("Окт. рев-ция и армия. 25 окт. 1917 - март 1918". Сб. док-тов, М., 1973, с. 352). 18 января: "...все армии Северного и Западного фронтов, также Особая армия Юго-Западного фронта вполне неспособны к обороне и не в состоянии даже отойти организованно и без потери огромной материальной части не только под натиском, но и без напора противника. Общее состояние армий характеризуется полной потерей боеспособности и разложением" (там же, с. 383).
В этих условиях организовал эвакуацию в тыл военного имущества, которое в определенной части удалось вывезти до начала германского наступления. После разрыва мирных переговоров в Брест-Литовске и перехода германских войск в наступление получил 19 февраля телеграмму В.И. Ленина с требованием "немедленно, с наличным составом Ставки прибыть в Петроград" (Бонч-Бруевич М.Д., Вся власть Советам, с. 244). Выехав 20 февраля из Могилёва, прибыл в столицу вечером 22 февраля и тут же включился в организацию отпора наступающему врагу. В тот же день подписал обращение к командованию Северного и Западного фронтов и Советам РСД прифронтовых городов, в котором говорилось: "Прошу Совдепы оказать содействие начальникам в деле сбора отступающих частей и отдельных солдат, образуя из них боеспособные части, которые должны положить конец наступлению противника. Для исполнения необходимых сапёрных работ предлагаю пользоваться трудом местных жителей" ("Октябрьская рев-ция и армия", с. 402). В обращении указывалось, что предлагается остановить германские войска на линии Нарва - Псков - Остров - Невель - Витебск - Орша - Могилёв - Жлобин - Мозырь -Бердичев - Вапнярка - Одесса. Как показали последующие события, эта линия (за ислючением территории Украины) и стала, с некоторыми отклонениями, фактической западной границей Советской России до ноября 1918.
После подписания Брестского мира вошёл 4 марта 1918 в качестве военрука в состав Высшего Военного Совета (ВВС), издавшего 5 марта приказ о ликвидации должности Главковерха и расформировании его штаба. Бонч-Бруевич занимался созданием на бывшей линии фронта частей "завесы", которая должна была воспрепятствовать дальнейшему продвижению в глубь страны германских и австро-венгерских войск. По инициативе Бонч-Бруевича основу комсостава частей "завесы" составили генералы и офицеры старой армии, для которых эта служба была более приемлема, чем в частях Красной Армии, действовавших на внутренних фронтах. В июне штаб ВВС во главе с Бонч-Бруевичем переехал из Москвы в Муром. 9-10 июля город был захвачен мятежниками, действовавшими по плану "Союза защиты Родины и Свободы"; одной из их целей был захват штаба и уничтожение Бонч-Бруевича, но накануне событий он выехал в Москву. В условиях развернувшейся Гражданской войны Бонч-Бруевич, чувствуя невозможность старых методов управления войсками, подал в отставку и 27 августа был освобожден от должности военрука ВВС. В конце 1918 - начале 1919 преподавал в Межевом институте, затем возглавлял работу по созданию Высшего геодезического правления. 23 июня - 22 июля 1919 начальник Полевого штаба РВС Республики, затем на научной и педагогической работе; ген-лейтенант (1944) .
Петр Чачин
Член-корреспондент Академии наук СССР, доктор технических наук, профессор Михаил Александрович Бонч-Бруевич, талантливый инженер-изобретатель и выдающийся ученый, является первым радиофикатором Советского Союза.
Он родился 22 февраля 1888 г. в Орле. В юности увлекся радиотехникой и в любительских условиях построил в 1906 г. радиопередатчик и радиоприемник по схеме А. С. Попова . Окончил военно-инженерное училище в Петербурге и высшую военно-электротехническую школу. В 1914 г. поступил на работу помощником начальника Тверской приемной радиостанции. Здесь он организовал небольшую лабораторию, в которой изготовил первые отечественные электронные лампы и первые ламповые приемники.
После Великой Октябрьской Социалистической революции работами Бонч-Бруевича заинтересовался В. И. Ленин, который поручил Наркомпочтелю организовать первую советскую лабораторию.
Лаборатория эта при непосредственном содействии В. И. Ленина была организована в Нижнем Новгороде 2 декабря 1918 г. Научным руководителем лаборатории был назначен М. А. Бонч-Бруевич.
В годы интервенции и блокады, когда страна была изолирована от внешнего мира, Нижегородская радиолаборатория (НРЛ) стала подлинной кузницей радиоизобретений. Здесь во всю ширь развернулся талант Михаила Александровича. Лаборатория получила мировую известность и дважды (в 1922 и 1928 гг.) была награждена орденом Трудового Красного Знамени.
Уже в 1918 г. М. А. Бонч-Бруевич начал в лаборатории выпуск первых советских вакуумных приемных ламп, стал разрабатывать генераторные и модуляторные лампы, а в 1920 г. изготовил первую лампу мощностью 2 кВт и закончил разработку первого радиотелефонного передатчика.
"Пользуюсь случаем, чтобы выразить Вам глубокую благодарность и сочувствие по поводу большой работы радиоизобретений, которую Вы делаете. Газета без бумаги и "без расстояний", которую Вы создаете, будет великим делом.
Всяческое и всемерное содействие обещаю вам оказывать этой и подобным работам.
С лучшими пожеланиями В. Ульянов (Ленин)".
В том же году Совет Труда и Обороны поручил НРЛ построить центральную радиостанцию с радиусом действия две тысячи верст.
Работая над выполнением этого задания, М. А. Бонч-Бруевич совершенствует конструкцию генераторных ламп, разрабатывает лампу мощностью в 25 кВт и строит двенадцатикиловаттный радиотелефонный передатчик.
Эти его достижения опередили мировую радиотехнику, не имевшую в то время ни таких ламп, ни радиостанций подобных мощностей. Генераторные лампы с водяным охлаждением - изобретение Бонч-Бруевича - были затем скопированы за границей.
Первый концерт по радио был дан в 1922 г. из Нижнего Новгорода.
С 1923 г. Нижегородская лаборатория под руководством М. А. Бонч-Бруевича разработала ряд новых мощных ламп (до 100 кВт), построила 40 кВт радиовещательную станцию в Москве и 27 однокиловаттных радиовещательных станций, установленных в различных городах Советского Союза.
Необходимо отметить большую роль Бонч-Бруевича в области техники коротких волн, где он также был пионером и инициатором применения их для коммерческой радиосвязи, первым ввел работу "дневной" и "ночной" волной, совместно с В. В. Татариновым сконструировал антенны направленного действия, разработал их теорию.
В 1929 г. НРЛ была переведена в Ленинград и слита с центральной радиолабораторией Треста заводов слабого тока. В дальнейшем на ее базе возник ряд отдельных научно-исследовательских институтов и лабораторий. В Ленинграде М. А. Бонч-Бруевич продолжил научную деятельность. Он был избран профессором кафедры радиотехники Ленинградского электротехнического института связи, занимался вопросами радиосвязи на Дальнем Севере, вел исследования в области ионосферы.
Под руководством Бонч-Бруевича в 1932 г. впервые в СССР было поставлено исследование ионосферы методом радиоэха.
В последние годы своей жизни Михаил Александрович занимался практическим применением ультракоротких волн.
(24 февраля 1870, Москва, – 3 августа 1956, там же). Из дворян. Брат В.Д. Бонч-Бруевича. В 1891 окончил московский Константиновский Межевой институт, в 1892 – военно-училищный курс Московского пехотного юнкерского училища, в 1898 – Академию Генерального штаба С 1913 полковник. В 1914 командир пехотного полка. В августе –сентябре 1914 генерал-квартирмейстер штаба 3-й армии Юго-Западного фронта, затем – штаба Северо-Западного фронта; с января 1915 генерал-майор. С апреля 1915 начальник штаба 6-й армии, дислоцировавшейся в Петрограде и его окрестностях, затем до февраля 1916 начальник штаба Северного фронта. С марта 1916 начальник гарнизона Пскова, где находилась Ставка главкома Северного фронта.
После Февральской революции 1917 установил контакт с Псковским Советом рабочих и солдатских депутатов. Кооптирован в исполнительный комитет Совета, что послужило поводом для прозвища "советский генерал". В дни выступления генерала Л.Г. Корнилова сотрудничал с и.о. комиссара фронта трудовиком Савицким, стремясь предотвратить возможные конфликты между солдатами и офицерами. 29 августа главком Северного фронта генерал В.Н. Клембовский, занявший позицию осторожной поддержки Корнилова, был смещен Временным правительством и Бонч-Бруевич назначен временно исполняющим обязанности главкома. В этом качестве задержал в Пскове генерала П.Н. Краснова, назначенного Корниловым командиром 3-го конного корпуса и направлявшегося к частям, двигавшимся к Петрограду. При вступлении в должность Бонч-Бруевич издал приказ, в котором напоминал войскам, что "...враг стоит перед нами вплотную и готовится в ближайшее время нанести нам решительный удар. Если армии Северного фронта, действуя совместно с флотом, не дадут решительного отпора противнику в этом его намерении, то наша Родина погибнет неминуемо" ("Приказы главнокомандующего армиями Северного фронта", 1917, № 664, Центральный государственный военно-исторический архив, Библиотека, № 16477). 9 сентября заменен на посту главкома генералом В.А Черемисовым и назначен в распоряжение Главковерха. Прибыв в Ставку, установил связь с Могилевским Советом рабочих и солдатских депутатов и 27 сентября кооптирован в его исполнительный комитет. В начале октября отклонил назначение генерал-губернатором Юго-Западного края (с резиденцией в Киеве) и Степного края (в Омске), принял назначение начальником Могилевского гарнизона.
После отказа Главковерха генерала Н.Н. Духонина 9 ноября выполнить распоряжение Совета Народных Комиссаров начать переговоры с Германией, Советское правительство предложило Бонч-Бруевичу занять пост Главковерха, но он отказался, считая, что в сложившейся ситуации этот пост должен занимать политический деятель, и Главковерхом был назначен Н.В. Крыленко. При подходе к Могилеву воинских эшелонов нового Главковерха Бонч-Бруевич, как начальник гарнизона, предотвратил столкновение между ними и войсками, находившимися в городе. После занятия Ставки советскими войсками назначен 20 ноября начальником штаба Главковерха. Позже писал: "Скорее инстинктом, чем разумом, я тянулся к большевикам, видя в них единственную силу, способную спасти Россию от развала и полного уничтожения" (Бонч-Бруевич М.Д., Вся власть Советам. Воспоминания, М., 1957, с. 226). Всячески стремился сохранить боеспособность армии. 27 ноября в разговоре по прямому проводу с временно исполнявшим обязанности главкома Юго-Западного фронта генералом Н.Н. Стоговым заявил: "Все начальники отделов Ставки со мною вместе выразили вполне определенное решение сохранить технический аппарат Ставки и принять все меры к тому, чтобы сохранить аппарат управления во фронтах и армиях. Такое наше решение вытекает из преданности общему делу спасения Отечества, и мы все решили, считаясь с текущим моментом, работать на своих местах до последней возможности". В том же разговоре дал указание Стогову сотрудничать с украинскими властями: "В отношении Рады необходимо держаться совместной работы. Думаю, что с этой стороны нет угрозы гражданской войны" (Центральный государственный военно-исторический архив, ф. 2067, оп. 1, д. 2925, л. 500 – 502). 28 ноября в связи с усиливавшимся дезертирством призвал главкомов армиями фронтов "принять безотлагательные меры к пресечению бегства с фронта в самом его начале" (там же, ф. 2003, оп. 1, д. 533, л. 237). В связи с введением в армии выборного начала для командного состава опасался "...полного расстройства аппарата управления войсками и потому полной потери боеспособности армии" (там же, ф. 2003, оп. 4, д. 51, л. 54). 30 ноября в телеграмме главкомам фронтами и их комиссарам отметил, что "...необходимо достигнуть того, чтобы на ответственных и командных должностях находились люди, соответствующие этим должностям по своему характеру, способностям и знаниям" ("Военно-революционные комитеты действующей армии", М., 1977, с. 106 – 07).
С начала 1918 систематически докладывал Совету Народных Комиссаров о нарастающей небоеспособности армии, укрепляя решимость правительства к ускорению подписания мира с Германией. 4 января писал: "Армии совершенно небоеспособны и не в состоянии сдержать противника не только на занимаемых позициях, но и при отнесении линии обороны в глубокий тыл" ("Октябрьская революция и армия. 25 октября 1917 – март 1918". Сборник документов, М., 1973, с. 352). 18 января: "...все армии Северного и Западного фронтов, также Особая армия Юго-Западного, фронта вполне неспособны к обороне и не в состоянии даже отойти организованно и без потери огромной материальной части не только под натиском, но и без напора противника. Общее состояние армий характеризуется полной потерей боеспособности и разложением" (там же, с. 383).
В этих условиях организовал эвакуацию в тыл военного имущества, которое в определенной части удалось вывезти до начала германского наступления. После разрыва мирных переговоров в Брест-Литовске и перехода германских войск в наступление получил 19 февраля телеграмму В.И. Ленина с требованием "немедленно, с наличным составом Ставки прибыть в Петроград" (Бонч-Бруевич М.Д., Вся власть Советам, с. 244). Выехав 20 февраля из Могилева, прибыл в столицу вечером 22 февраля и тут же включился в организацию отпора наступающему врагу. В тот же день подписал обращение к командованию Северного и Западного фронтов и Советам рабочих и солдатских депутатов прифронтовых городов, в котором говорилось: "Прошу Совдепы оказать содействие начальникам в деле сбора отступающих частей и отдельных солдат, образуя из них боеспособные части, которые должны положить конец наступлению противника. Для исполнения необходимых саперных работ предлагаю пользоваться трудом местных жителей" ("Октябрьская революция и армия", с. 402). В обращении указывалось, что предлагается остановить германские войска на линии Нарва – Псков – Остров – Невель – Витебск – Орша – Могилев – Жлобин – Мозырь – Бердичев – Вапнярка – Одесса. Как показали последующие события, эта линия (за исключением территории Украины) и стала, с некоторыми отклонениями, фактической западной границей Советской России до ноября 1918.
После подписания Брестского мира вошел 4 марта 1918 в качестве военного руководителя в состав Высшего Военного Совета (ВВС), издавшего 5 марта приказ о ликвидации должности Главковерха и расформировании его штаба. Бонч-Бруевич занимался созданием на бывшей линии фронта частей "завесы", которая должна была воспрепятствовать дальнейшему продвижению в глубь страны германских и австро-венгерских войск. По инициативе Бонч-Бруевича основу командного состава частей "завесы" составили генералы и офицеры старой армии, для которых эта служба была более приемлема, чем в частях Красной Армии, действовавших на внутренних фронтах. В июне штаб ВВС во главе с Бонч-Бруевичем переехал из Москвы в Муром. 9 – 10 июля город был захвачен мятежниками, действовавшими по плану "Союза защиты Родины и Свободы"; одной из их целей был захват штаба и уничтожение Бонч-Бруевича, но накануне событий он выехал в Москву. В условиях развернувшейся Гражданской войны Бонч-Бруевич, чувствуя невозможность старых методов управления войсками, подал в отставку и 27 августа был освобожден от должности военного руководителя ВВС. В конце 1918 – начале 1919 преподавал в Межевом институте, затем возглавлял работу по созданию Высшего геодезического правления. 23 июня – 22 июля 1919 начальник Полевого штаба РВС Республики, затем на научной и педагогической работе; генерал-лейтенант(1944).
Отличное определение
Неполное определение ↓
Бонч-Бруевич Михаил Дмитриевич Православный. Из дворян. Сын землемера, брат В.Д. Бонч-Бруевича. Образование получил в Константиновском межевом институте и на математическом Факультете Московского университета (1891). В службу вступил 01.09.1891. Окончил военно-училищный курс Московского пех. юнкерского училища (1892). Выпущен в 12-й гренад. Астраханский полк. Подпоручик (ст. 04.08.1892). Позже переведен в л-гв. Литовский полк тем же чином и старшинством. Поручик (ст. 04.08.1896). Окончил Николаевскую академию генштаба (1898; по 1-му разряду). Штабс-Капитан гв. с переименованием в Капитаны ГШ (ст. 17.05.1898). Состоял при Киевском ВО. Ст. адъютант штаба 2-й каз. сводной дивизии (26.11.1898-15.02.1900). Обер-офицер для поручений при штабе Киевского ВО (15.02.1900-13.12.1902). Цензовое командование ротой отбывал в 167-м пех. Острожском полку (11.10.1900-06.10.1901). Ст. адъютант штаба Киевского ВО (13.12.1903-18.09.1904). Подполковник (ст. 06.04.1903). Состоял в прикомандировании к Киевскому военному училищу для преподавания военных наук (18.09.1904-03.09.1908). Цензовое командование батальоном отбывал в 129-м пех. Бессарабском полку (01.05.-01.09.1905). Был прикомандирован к артиллерии (15.05.-14.07.1906). Полковник (ст. 06.12.1907). Штаб-офицер для поручений при штабе Варшавского ВО (03.09.-21.10.1908). Начальник штаба Либавской крепости (21.10.1908-09.01.1910). Штаб-офицер, заведующий обучающимися в Николаевской военной академии офицерами (09.01.1910-10.03.1914). Командир 176-го пех. Переволоченского полка (с 10.03.1914). Участник мировой войны. Ген-майор (пр. 10.09.1914; ст. 21.08.1914; за отличия в делах против австрийцев). Ген-кварт. штаба 3-й армии ген. Н.В. Рузского (10.09.1914-17.09.1914). Ген-кварт. штаба армий Северо-Западного фронта (17.09.1914-01.04.1915). Ближайший сотрудник ген. Н.В. Рузского. Награжден Георгиевским оружием (ВП 22.09.1914). Инициатор выселения евреев из прифронтовой полосы (по обвинению их в поголовном шпионаже в пользу противника). Назначен в распоряжении Верх. Гл-щего (01.04.-20.08.1915). Некоторое время занимал пост начальник штаба 6-й армии. Б.-Б. был одним из главных действующих лиц, подготовивших фальсифицированное дело по обвинению полк. Мясоедова в шпионаже в пользу Германии. И.д. начальника штаба армий Северного фронта (с 20.08.1915). Состоял в распоряжении Гл-щего армиями Северного фронта (с 25.02.1916). С 03.1916 на Б.-Б. одновременно возложено командование гарнизоном Пскова, где находилась главная квартира ген. Рузского. После Февральской революции кооптирован в состав Исполкома Псковского совета рабочих и солдатских депутатов, активно сотрудничал с Советом. Во время выступления ген. Л.Г. Корнилова Б.-Б. 29.08.1917 назначен временно исполняющим обязанности Гл-щего армиями Северного фронта вместо ген. В.Н. Клембовского, но вскоре 09.09.1917 вызван в Ставку в распоряжение начальника штаба Верх. Гл-щего. В 10.1917 - начальник гарнизона Могилева. После Октябрьской революции Б.-Б. 07.11.1917 (по Списку ГШ по 01.03.1918 - 28.11.1917) назначен начальником штаба Главковерха. После расформирования Ставки, в 02.1918 вызван в Петроград и ему поручена организация обороны столицы и границ республики. Добровольно вступил в РККА. В 03.-08.1918 военный руководитель Высшего военного совета, после упразднения которого отчислен в распоряжение СНК (управляющим делами которого был его брат). Некоторое время в 1919 (после ареста главкома И.И. Вацетиса и начальника полевого штаба РВСР Ф.В. Костяева и до назначения на эти должности С.С. Каменева и П.П. Лебедева) исполнял обязанности начальника полевого штаба РВСР. С 03.1919 по 10.1923 - начальник Высшего геодезического управления. С 1923 в отставке (обвинялся во вредительстве, дело было передано в прокуратуру, но до суда не дошло). В 1925 организовал бюро «Аэрофотосъемка». 21.02.1931 арестован (по делу о контрреволюционном заговоре). 17.05.1931 освобожден (дело в отношении Б. было прекращено за отсутствием состава преступления). Комдив (1937). Ген-лейтенант (1944). Умер в Москве. Награды: ордена Св. Станислава 3-й ст. (1900); Св. Анны 3-й ст. (1903); Св. Станислава 2-й ст. (1906); Св. Анны 2-й ст. (06.12.1910); Св. Владимира 4-й ст. (06.12.1913); Св. Владимира 3-й ст. (доп. к ВП 25.10.1914); Св. Станислава 1-й ст. (ВП 29.04.1915); Св. Анны 1-й ст. (ВП 03.04.1916).