Башкирский язык. Что дальше? Будет ли башкирский язык в школах обязательным

Прокуратура усмотрела в норме об обязательном преподавании башкирского языка в школах Башкирии нарушение норм законодательства РФ и направила соответствующее представление главе республики Рустэму Хамитову. Он пообещал исправить перекосы к 1 сентября. Между тем языковая проблема возникла в регионе в 2010г. именно из-за решения Хамитова избавить башкирский от «искусственных подпорок» и до сих пор не решена.

Глава Башкирии Рустэм Хамитов в эфире «Эха Москвы» сообщил, что к 1 сентября власти республики решат проблему с изучением башкирского языка в школах. Ранее прокуратура внесла на имя главы региона представление, в котором говорилось, что всеобщее обязательное изучение национального языка нарушает закон об образовании РФ. Хамитов подчеркнул, что башкирский язык в школах, согласно местному законодательству, относится к предметам по выбору, и для его посещения нужно письменное согласие родителей учеников. «На сегодняшний день мы знаем, что в ряде школ есть нарушения, что не у всех родителей получено письменно согласие на изучение башкирского языка», - добавил он.

Представление прокуратуры стало ответом на действия так называемого комитета по защите прав русскоязычных школьников, который организовали родители учеников 39-й школы Уфы, утверждающие, что их детей принуждают учить башкирский. Активисты, обратившиеся в прокуратуру, заявили, что директора школ принимают подобное неправомерное решение, поскольку на них давят администрация главы республики и региональное министерство образования.

Первый заместитель председателя общественной организации «Башкорт» Руслан Габбасов - один из тех, кто выступает за всеобщее обучение башкирскому языку в школах республики. «Башкирский язык считается исчезающим. И вообще у башкирского народа больше нет другого места, где мы могли бы сохранить и развивать наш язык, нашу культуру, наши традиции и обычаи. Башкирам ехать некуда, больше нет земли у нас. Нас называют чуть ли не фашистами за то, что мы навязываем наш язык, но что плохого, если житель региона будет знать два языка, тем более что башкирский очень схож с другими тюркскими языками. Это [знание языка] просто дань уважения к людям, с которыми вы живете рядом», - говорит Габбасов. То положение, в котором башкирский язык находится сейчас, общественник считает полумерой, по его мнению, обязательное знание языка нужно требовать у всех представителей бюджетной сферы, включая врачей, полицейских и политиков, и чтобы от знания национального языка, как это сделано в Казахстане, зависела карьера жителей республики.

Вместе с тем Габбасов признает, что башкирский язык в школах преподается не очень качественно и что «хамитовское министерство образования не делает никаких попыток для подготовки учителей, чтобы башкирский язык преподавался интересно, красиво, чтобы детям хотелось его изучать».

Стоит напомнить, что до 2010г. башкирский был обязательным для изучения во всех школах республики, до тех пор пока ее не возглавил Рустэм Хамитов, который провозгласил, что «башкирский язык не нуждается в искусственных подпорках», и отменил правило его всеобщего обязательного обучения. С тех пор общественная дискуссия о роли национального языка в школьной программе не утихает.

Противники изучения башкирского языка, по мнению Габбасова, поддерживаются из Москвы , это их усилиями, считает он, проблема перешла из культурной в политическую плоскость. «Каких-то столкновений я не жду, но политика Хамитова очень настораживает. Эта его попытка угодить и нашим и вашим ни к чему не приводит. Но поскольку наш руководитель отличается антибашкирскими настроениями, и башкиры его за это очень недолюбливают, то вот такая ситуация и возникла», - сказал собеседник. Решение прокуратуры, по мнению Габбасова, «идет из Москвы от определенных групп лиц, которые прощупывают почву для кардинальных изменений». Сюда же он относит заявления Владимира Жириновского и Валентины Матвиенко о ликвидации национальных республик.

Депутат Госсобрания Башкирии, член совета региональной национальной культурной автономии татар Рамиль Бигнов убежден, что языковая политика в республике должна идти в четком соответствии с федеральным законодательством, которое, в частности, дает родителям право выбирать, будет или нет их ребенок учить башкирский или любой другой национальный язык. «Давить на кого-то, на родительские комитеты, на советы школ мы не должны. И нарушать закон нельзя ни с чьей стороны - это золотое правило, которое снимет все вопросы и все обвинения с любой стороны», - сказал депутат. Он считает, что прокуратура, которая отреагировала на запрос родителей, поступила правильно. При этом Бигнов напомнил, что не так давно она же внесла представление в Госсобрание, после которого депутатам пришлось отменить норму регионального Семейного кодекса, допускающую вступление в брак с 14 лет. Искать политику в действиях прокуроров, по мнению Бигнова, не нужно.

Заметим, проблема обязательного изучения башкирского языка в республике стоит остро, поскольку по численности населения башкир в республике столько же, сколько русских и татар: примерно по 30%. Еще 10% составляют представители других народностей. «И понятно, что обязательное изучение башкирского языка в государственных школах вызывает определенную ревность со стороны татарской части населения. Это было всегда, есть сегодня и, к сожалению, будет и дальше. Поэтому нужно находить общий язык и действовать только в законодательном поле», - добавил Бигнов.

Главное

• Эксперт: если жители Мурманской области поверят в Чибиса, оппонентов у него не будет

  Депутаты-единороссы в Мурманской области отказались снизить муниципальный фильтр на выборах в губернаторы с 7 до 5%. Оппозиционные партии не смогут самостоятельно пройти этот барьер. По мнению депутата ГД Алексея Веллера, снижение планки все равно не помогло бы партиям пройти муниципальный фильтр без договоренностей с «Единой Россией», так как авторитет ЕР в регионе был и остается большим, а количества имеющихся у оппозиции голосов мундепов недостаточно. Спустя месяц после назначения Дениса Паслера на пост главы Оренбургской области наблюдатели отмечают эффективность технократического подхода в его руководстве регионом. Губернатор уже встретился с представителями крупнейших промышленно-финансовых групп, которые работают в регионе, заключил несколько серьезных соглашений. «Паслер верно оценивает возможности региона и привлекает сильных партнеров, чтобы развивать социально-экономическую сферу», - отмечает политолог Константин Калачёв.

  Политтехнолог Святов: если губернатор Текслер передумает идти на выборы самовыдвиженцем, то это сыграет против него

  В СМИ появилась информация, что врио губернатора Челябинской области может пойти на выборы главы региона от «Единой России». Сам Текслер ранее сообщал, что планирует выдвигаться в качестве самовыдвиженца. Политтехнолог Александр Святов считает, что если глава региона поменяет свое решение, то это сыграет против него. «На это обратят внимание избиратели. Эта информация будет разнесена везде и будет использоваться против врио губернатора», - сказал Святов. Он также отметил, что рейтинг ЕР продолжает снижаться. Окончательное решение о выдвижении Текслера, по словам эксперта, будет зависеть от АП.

  Политолог Ширинкин: избирателям важна работа Текслера, а не способ его выдвижения на выборы

  СМИ сообщают, что врио губернатора Челябинской области Алексей Текслер может поменять свое решение идти на выборы главы региона самовыдвиженцем и выдвинуться от ЕР. «Избиратели будут обращать внимание на деятельность губернатора, нежели на какие-то политические нюансы, связанные с его избирательной кампанией», - сказал политолог Алексей Ширинкин. При этом он добавил, что позиции ЕР в Челябинской области крепки и «большая часть выборов единороссам удавалась».

Башкирский язык изучается в рамках регионального компонента учебной программы - Об этом сегодня в интервью ведущей радиостанции «Радио России Башкортостан» Наталье Санниковой заявила министр образования республики Гульназ Шафикова.

Его изучение осуществляется в рамках федерального государственного стандарта и обеспечено Конституцией Республики Башкортостан, - отметила министр.

Решение об изучении башкирского языка как государственного, по ее словам, принимает коллегиальный совет школы. В то же время, какой язык будет изучаться в качестве родного школа решает совместно с родителями. Класс могут поделить на группы для изучения разных языков. Однако это произойдет только в случае, если в группе окажется не меньше 7-ми человек. По словам Гульназ Шафиковой, в министерстве понимают, что сегодня башкирский язык должен изучаться как иностранный и для этого нужна совсем другая методика преподавания.

Эхо Москвы - Уфа

Министр образования Шафикова рассказала будет ли башкирский язык в школах обязательным?

Сегодня ведущая радиостанции «Радио России Башкортостан» Наталья Санникова взяла интервью у министра образования Гульназ Шафиковой. Она ответила на самые злободневные вопросы, которые волновали общественность этой весной и летом.

Министр подробно объяснила, как родители могут обучать детей родному языку.

«Если вы как родитель обратились в школу с заявлением, что хотите, чтобы ваш ребенок в качестве родного изучал башкирский язык, и в классе наберется группа таких желающих, то школа должна будет вам такие условия обеспечить. Если же, скажем, в классе из 20 детей 10 напишут родным башкирский язык, а 10 напишут родным татарский язык, школа будет рассматривать возможность деления класса на группы и предоставления условий для обучения родному языку. Основополагающим является заявление родителя», – объяснила министр и уточнила, что группа не может состоять менее чем из семи человек.

Также выбрать обучение на родном языке могут 67 % детей нерусской национальности. Это башкирский, татарский, марийский, удмуртский, есть даже немецкий, латышский, украинский и друкие языки.

На вопрос об изучении русского языка как родного министр ответила: «Русский мы даже не рассматриваем, потому что у нас во всех школах изучают русский язык как государственный. Но если родители напишут в своем заявлении, что они в качестве родного выбирают русский язык, а у них есть предмет, о чем мы говорили, выбираемый ими самими, то школа будет делить классы на группы, где будут изучать один родной язык и другой родной язык».

В ответ на самый злободневный вопрос «Будет ли башкирский изучаться как государственный у нас в школах?» Гульназ Радмиловна сказала следующее:

«Это важное деление, и надо понимать, что башкирский как государственный язык изучается у нас с 1 по 9 класс, его изучение осуществляется в рамках федерального государственного стандарта и обеспечено Конституцией Республики Башкортостан и нашим законом «Об образовании». Все дети с 1 по 9 класс изучают башкирский язык как государственный один или два часа в неделю. А все остальное – это уже по заявлению родителей. Но вот башкирский как государственный изучается по решению коллегиального совета школы».

Ответ министра не совсем ясен: изучение башкирского языка как государственного все же обязательный или по решению коллегиального совета школы? Этот вопрос мы будем выяснять.

Также министр заверила, что будут пересматриваться учебники и методики преподавания. Это самый «наболевший» вопрос, который и вызвал родительское негодование.

В базисные образовательные планы будут внесены изменения, касающиеся обязательности изучения башкирского языка как государственного, рассказал глава Башкирии Рустэм Хамитов журналистам по время посещения строящейся школы в Демском районе Уфы. Правда, изменения коснутся только планов восьмого и девятого классов. В какую сторону изменятся планы, Рустэм Хамитов не сообщил, отметив только, что «там будут введены дополнительные факультативы», но, поскольку сейчас ученики со второго по девятый классы изучают башкирский язык 1-2 часа в неделю, можно предположить, что речь идет об отмене обязательности этих уроков в 8-9 классах.

Дискуссия вокруг обязательного изучения национальных языков в школах развернулась с новой силой после того, как в июле месяце на заседании Совета по межнациональным отношениям Президент России Владимир Путин сказал, что «заставлять человека изучать язык, который родным для него не является, так же недопустимо, как и снижать уровень преподавания русского» и обратил на это особое внимание глав регионов Российской Федерации. При этом Президент подчеркнул, что языки народов России - это неотъемлемая часть самобытной культуры страны, и изучать их - гарантированное Конституцией право, причем, добровольное.

В Башкирии «идёт гармонизация, сопряжение башкирского и российского законодательства в части федеральных государственных образовательных стандартов и подходов к изучению родных языков», рассказал вчера Рустэм Хамитов. При этом он развеял опасения по поводу уменьшения количества часов на изучение родных языков: «это никоим образом не изменит ситуацию в части изучения башкирского, татарского, чувашского, других родных языков. Нужно способствовать тому, чтобы в школах появились дополнительные уроки для тех, кто хочет изучать родной язык углублённо. Эти занятия можно и нужно проводить в варианте факультатива. Уверен, что такая форма обучения будет востребована».

Глава Башкирии выразил и свое личное мнение по данному вопросу, которое заключается в том, чтобы «родители выбирали башкирский язык как государственный и соглашались с тем, чтобы их дети изучали башкирский язык здесь у нас в республике как государственный. Надеюсь, что понимание родительского сообщества в этой части, конечно же, будет найдено». «Нельзя увольнять учителей башкирского языка, надо сохранять коллективы, поскольку количество часов не уменьшается», - добавил Рустэм Хамитов. Также он отметил, что «объем изучения во многом зависит от решения родительского сообщества. Но в то же время мы понимаем, что здесь в республике должны башкирский язык сохранять и оказывать все меры поддержки».

Право родительского сообщества принимать участие в согласовании учебных планов прописано в законе об образовании. Учебный план, по которому учатся дети в российских школах, делится на две части: обязательную (федеральный стандарт) и формируемую участниками образовательных отношений (то есть с участием родителей или законных представителей детей и педагогического коллектива). Часы на углубленное изучение предметов по выбору родителей берутся из второй части учебного плана. Их количество варьируется от одного до трех в неделю.

Этот вопрос ни на йоту не продвинулся за четверть века

На прошедшей неделе вдруг обострился вопрос об обязательности изучения башкирского языка в школах. Накануне республиканские власти были атакованы по этому вопросу и сверху, и снизу: в первом случае речь о Владимире Путине, во втором – о «Конгрессе башкирского народа», который провел протестную акцию в Уфе. И хотя «национальные» лозунги не были вынесены на первый план, они как бы подразумевались ценностями и деятельностью этой неизвестной прежде организации.

Впрочем, все, кто помнит историю Башкирии за последние двадцать лет, знают, что национальная карта на пиковых моментах оказывается средством, но не целью. Таких моментов можно вспомнить, как минимум, два: 1999-й и 2010-й годы. В обоих случаях фигурировали то ли слухи, то ли не слухи, что на специально организованных автобусах из дальних районов на Советскую площадь Уфы должны прибыть колонны башкирской молодежи – научить уфимцев национальной политике. В обоих случаях шел многосторонний шантаж московских и уфимских элит народом, который вот-вот, завтра, в час икс потребует уважения к своему особому статусу и языку. Сначала первую скрипку в этой кампании играл Союз башкирской молодежи, организация, окруженная в Уфе-1999 довольно зловещей мифологией. Горожане вполголоса обсуждали фотосессии лидеров союза в чеченской «зеленке» чуть не в обнимку с Шамилем Басаевым: в другое время ставшие бы вещдоком в уголовном деле, той осенью эти снимки почтительно выставлялись в фойе оперного театра. В Уфе-2010 в роли «коллективного организатора и агитатора» выступил уже III Всемирный курултай башкир, созданные им органы и распространенные им воззвания. Если даже в том раскаленном июне-июле (и речь не только о засухе) эти декларации, коммюнике и воззвания распространялись как-то вполголоса, то в сегодняшних официальных источниках, где тишь да гладь, вы этих свидетельств тем более не найдете, если даже начнете выяснять, чем же занимался тот «памятный» III курултай. В кавычках, потому что его сразу постарались забыть. И какую роль сыграл в последовавшей сразу отставке Муртазы Рахимова.

Вот – ключевое. Несмотря на звучность лозунгов, грозный вопрос о нацполитике в регионе и статусе башкирского языка всегда оказывался только фасадом куда более прагматичных процессов. В 1999-м Рахимов, вместе с некоторыми другими «тяжеловесами» переоценив слабость ельцинской команды, сделал ставку на союз Лужкова и Примакова. Случившееся тогда закручивание гаек каким-то причудливым образом сплавляло жесточайшую кампанию в поддержку «Отечества» (с напором, до которого «Единой России» и сегодня далеко) с кампанией в области национальной политики. Это, например, проект закона о гражданстве Республики Башкортостан - задумка, позволившая бы депортировать из Уфы кого угодно – хоть малые группу несогласных, хоть большие национальные группы. Тогдашняя редакция закона о языках. Возникший следом, как джинн из бутылки, Владимир Путин хоть и смешал планы суверенных «тяжеловесов», но все же они попробовали побороться – первые месяцы. Острота вопроса с Башкирией, Татарстаном (в 1999-м переведшим татарский язык под шумок на латиницу – но ненадолго) и еще несколькими республиками (про Чечню уж и не говорю) была такова, что новоявленный и.о. президента посвятил этому даже часть новогодней речи-2000. Любопытно, что пассажи, на которые он напирал (что-то о том, что во всех республиках продолжают действовать законы РФ), местные власти не то что пытались открыто запретить, но когда их вынесла на первую полосу уфимская «Молодежка» – у газеты были проблемы. И еще несколько месяцев Муртаза Губайдуллович суетился, проводя путанные симпозиумы по федерализму и туманно намекая, что «ни шагу назад». Кончилось тем, что новый царь все эти вольности простил, белый флаг принял, конституцию Башкирии поменяли (а выходной в честь дня конституции – 24 декабря – раздосадовано отменили), а вопрос о статусе и изучении башкирского был надолго отправлен в архив.

Про 2010-й и пояснять нечего. На фоне нависающей угрозы отставки наш «тяжеловес» вновь попытался запугать Кремль неминуемым национальным восстанием. Снова были сумрачные дискуссии о языке, прочие «материалы третьего съезда», и снова все волшебным образом рассосалось – на следующий день после указа об отставке. В общем, все это как в притче про пастушка, который дважды кричал «волки, волки». Попробуйте убедить, что у нас в третий раз вопрос стоит действительно о языке, а не о разборках за главное кресло в башкирском Белом доме.

Сегодня языковая дискуссия сложилась из четырех компонентов. Помимо упомянутых «митинга и путинга», это по-своему примечательные высказывания главы республики Рустэма Хамитова и министра образования Башкирии Гульназ Шафиковой. Что касается Владимира Путина, то его амплуа в этой истории можно описать формулой «бог дал – бог взял». «Взял» он сейчас, вдруг заявив о том, что обязательное изучение национальных языков в российских школах против воли учащихся и их семей (не носителей этих языков) – неприемлемо. Понятно, что здесь, в Башкирии, и министру, и главе пришлось «сглаживать и разъяснять» эту непопулярную для элит заповедь – безо всякого желания и так, чтобы получилось максимально непонятно.

А когда же «бог дал»? А была такая шутка у Путина на одной из пресс-конференций уфимских саммитов ШОС и БРИКС. Отвечая на вопрос о рабочих языках этих международных организаций, президент то ли решил сделать приятное хозяевам, то ли просто спонтанно шутил, как это все чаще с ним бывает. Над его советом «всем – учить башкирский» сдержанно посмеялись китайские, бразильские и прочие журналисты, да и в башкирской среде президентскому юмору умилялись не очень активно. То, что это была шутка – ключевое во всей 18-летней истории «Путин и национальные языки». Во все времена Путин реагировал на эту тему сугубо ситуативно: мог пошутить, мог повторить прописные истины из закона (как несколько дней назад), мог развить странную дискуссию «легко ли татарину в Башкирии, а башкиру в Татарстане», выдававшую, что он вообще не в теме и не собирается в нее погружаться. Путин каждый раз дает понять, что у него на самом деле нет никакой точки зрения по этому вопросу.

Главе РБ Рустэму Хамитову промолчать в такой ситуации было нельзя и пришлось объясняться. Руководитель республики предельно осторожно заявил, что в башкирские законы будут внесены изменения, что можно понять так, что башкирский язык будет изучаться факультативно. Конечно, Рустэм Хамитов снабдил эту горькую для многих пилюлю обещаниями, что башкирский язык «изучать обязательно будут», потому что его носителей в республике более 1 миллиона человек, а число часов у учителей башкирского не изменится и потребовал от директоров школ ни в коем случае не увольнять преподавателей. Однако у общественности остались вопросы: как у тех, кто требовал обязательного изучения башкирского языка в школах, как государственного, так и у тех, кто кричал о насильственном принуждении детей к обучению неродному наречию. Но, учитывая, что башкирские законы уже много лет приводят в соответствие с федеральными, думается, что в ближайшее время шумиха утихнет, как это было много раз в последние десятилетия.

Таким образом, сегодняшний всплеск дискуссий о башкирском языке в школе не имеет под собой никакой реальной почвы. Он стоит на трех китах бессмысленности. Первый: национальные протесты, как всегда, обслуживали текущие вопросы борьбы за власть. Второй: у Путина нет ни идей, ни позиции, он «отзеркаливает» вопрос о национальных языках всегда по-разному и в любой контекстно удобной форме. Третий: местные власти старались сказать так, чтобы ничего конкретно не сказать. Мы уже вторую неделю обсуждаем то, что на самом деле не меняется вот уже лет тридцать.

Точнее, как минимум, двадцать семь. В августе 90-го меня должны были отдать по прописке в уфимскую школу № 9, а отдали в итоге в школу № 90, потому что как раз развернулась вся эта дискуссия о языках. В коридорах поликлиники, на каких-то медосмотрах, в коридорах школ. Все родители обсуждали в режиме сарафанного радио: вот, там ввели уроки башкирского с первого класса, а обязательны ли они, а вот там говорят – нет, а вот там говорят – да. Ни в самих школах, ни в РОНО ничего не могли путного пояснить. Точнее, говорили с такой же примерно степенью ясности, как сегодня власти.

Этот вопрос ни на йоту никуда не продвинулся за четверть века. Этот вопрос никуда и не продвинется. Это история, которая не имеет решения. Более того, по-моему, большинство школьников по-прежнему не вполне понимает – учат ли они башкирский. В общем, такие сны наяву. Для кого-то кошмарные, для кого-то приятные. На самом деле это такая же схоластическая тянучка, как дискуссия о том, сколько ангелов умещается на острие иглы: этот вопрос нудно и бессмысленно обсуждался несколько веков, от Фомы Аквинского до Джонатана Свифта. Так что, возможно, мы лишь в начале пути.