Этапы расселения древнеславянских племен на территории восточно-европейской равнины, их отличительные черты. Расселение восточно-славянских племен

Восточнославянские племена

Русская часть Восточно-Европейской равнины заселялась волнообразно, племенами, принадлежащими к «антской» и «склавенской» группам славянского этноса. Колонизация этих земель происходила в двоякой форме: как в виде относительно единовременных перемещений больших племенных групп, так и путем постепенного «расползания» отдельных родов и семей. В отличие от южного и западного направлений славянской колонизации, освоение большей части восточноевропейской территории (ее лесной зоны) осуществлялось большей частью мирно, без каких-либо серьезных столкновений с туземным финским и балтским населением. Основным противником человека в этих местах был не враждебно настроенный чужак, а безлюдные дремучие леса. Лесную часть страны на протяжении многих столетий приходилось не столько завоевывать, сколько заселять.

В южной, лесостепной зоне, напротив, славянам пришлось выдержать изнурительную борьбу, но не с местным населением, а с пришлыми кочевыми ордами. Так, по меткому замечанию одного историка, русская история с самого своего начала как бы раздвоилась: в ней, наряду с собственно европейской историей, всегда являвшейся подлинной основой национально-государственной и культурной жизни русского народа, возникла навязанная и неотвязчивая азиатская история, изживать которую русскому народу пришлось на протяжении целого тысячелетия ценой неимоверных усилий и жертв (Шмурло Е. Ф. Курс русской истории. Возникновение и образование Русского государства (862 - 1462). Изд. 2-е, исправленное. СПб., 1999. Т. 1. С. 43 ). Но сам этот труд по изживанию азиатской истории был подлинно европейским трудом — медленным, упорным и крайне тяжелым преодолением варварства посредством цивилизации и культуры.

«Повесть временных лет» перечисляет следующие восточнославянские племена, расселившиеся во второй половине I тысячелетия между Балтийским и Черным морями: поляне, древляне, дреговичи, радимичи, вятичи, кривичи, словене, бужане (или волыняне, осколки племенного объединения дулебов), белые хорваты, северяне, угличи и тиверцы. Некоторые из этих племен известны под их собственными именами и другим средневековым авторам. Константин Багрянородный знает древлян, дреговичей, кривичей, северян, словен и лендзян (видимо, выходцев из района современного Лодзя); Баварский географ сообщает о бужанах, волынянах, северянах и угличах; арабские историки, отдавая предпочтение в своих сообщениях общему термину «славяне» («ас-сакалиба»), особо выделяют среди них волынян-дулебов. Большая часть восточнославянских племен, населивших Русскую землю, принадлежала к «склавенской» ветви славянства, за исключением северян, угличей и тиверцев — «антов» византийских хроник.

В заселении земель древней Руси участвовали подчас те же славянские племена, которые колонизовали Балканы и западноевропейские территории. Археологически это подтверждается, например, находками в лесной зоне Восточной Европы (в Днепровско-Двинском и Окском бассейнах) так называемых лунничных височных колец, чье происхождение прочно увязывается со Среднедунайскими землями, где они были весьма распространенным украшением местных славян — дрогувитов (дреговичей), северян, смолян (являвшихся, вероятно, родственниками древнерусских кривичей, чьим главным городом был Смоленск), и хорватов, которые первоначально обитали в Верхнем Повисленье и на землях современных Чехии и Словакии (Седов В. В. Лунничные височные кольца восточнославянского ареала. В кн.: Культура славян и Русь. М., 1998. С. 255 ).

С продвижением на север носителей лунничных височных колец, скорее всего, связана популярность «дунайской темы» в русском фольклоре, особенно удивительная в былинном эпосе севернорусских земель. Дунай, на берегах которого славяне осознали свою этническую самостоятельность и самобытность, навсегда остался в народной памяти колыбелью славянства. Летописное известие о расселении славян по Европе с берегов Дуная, по-видимому, следует рассматривать не как ученую, литературную, а как народную, долетописную традицию. Слабые отголоски ее слышатся в некоторых раннесредневековых латинских памятниках. Анонимный Баварский географ IX в. упоминает некое королевство Zerivani (Сериваны) на левом берегу Дуная, откуда «произошли все славянские народы и ведут, по их словам, свое начало». К сожалению, это название несоотносимо ни с одним из известных государственных образований раннего Средневековья. Еще более ранний Раввенский аноним поместил прародину славян «в шестом часу ночи», то есть опять же в Подунавье, к западу от сарматов и карпов (жителей Карпат), которые, согласно этой географо-астрономической классификации, обитали «в седьмом часу ночи». Оба автора писали свои сочинения в то время, когда у славян еще не было письменности, и, следовательно, почерпнули свои сведения из их устных преданий.

Реки вообще привлекали к себе славян — этого поистине «речного» народа, — как это отмечали еще византийские писатели VI в. «Повесть временных лет» свидетельствует о том же. Общие контуры расселения восточнославянских племен всегда соответствуют в ней речным руслам. Согласно известию летописца, поляне осели по среднему Днепру; древляне — к северо-западу от полян, по реке Припяти; дреговичи — к северу от древлян, между Припятью и Западной Двиной; бужане — к западу от полян, по реке Западный Буг; северяне — к востоку от полян, по рекам Десне, Сейму и Суле; радимичи — к северу от северян, по реке Соже; вятичи продвинулись на восток дальше всех — к верховьям Оки; поселения кривичей протянулись вдоль верховьев Днепра, Волги и Западной Двины; озеро Ильмень и река Волхов, занятые ильменскими словенами, обозначили северную границу расселения, а Днестр и Южный Буг, освоенные тиверцами и угличами, — южную.

Арабские источники и Прокопий Кесарийский сообщают о продвижении славян еще дальше на восток — в Донской бассейн. Но закрепиться здесь им не удалось. В XI - XII столетиях, когда создавалась «Повесть временных лет», эти земли (за исключением Тмутороканского княжества) давно и безраздельно принадлежали кочевым племенам. Память о пребывании на них славян была утрачена, поэтому летописец и не включил Дон в число рек, по берегам которых «сели» наши предки. В целом летописное свидетельство о расселении восточных славян отличается высокой степенью достоверности и в главных чертах подтверждается другими письменными источниками, археологическими, антропологическими и лингвистическими данными.

Два миграционных потока в древнерусские земли

Итак, восточнославянский этнос не знал ни племенного, ни диалектного единства, ни общей «прародины», каковой вплоть до недавнего времени безоговорочно признавалось Среднее Поднепровье. В сложном процессе расселения восточных славян выделяются два основных потока, берущих свое начало на обширных территориях от низовьев Вислы до северодунайских земель. Направление одного из них пролегало через Южную Прибалтику в междуречье Днепра и Западной Двины, где он раздваивался: северо-восточный его рукав (ильменские словене и, отчасти, кривичи) ответвлялся в псковско-новгородские края, а юго-восточный (кривичи, радимичи и вятичи) «загибался» в бассейны Сожи, Десны и Оки. Другой поток устремлялся по Волыни и Подолии в Среднее Поднепровье (поляне) и, разветвляясь, уходил на север, северо-запад и северо-восток (древляне, дреговичи, северяне).

Рассмотрим каждый из этих потоков, присвоив им условные названия «северный» и «южный».

В северо-западных землях Древней Руси славянское население появилось не позже V в. — именно к этому времени относится возникновение культуры псковских длинных курганов, разбросанных по берегам Псковского озера, рек Великой, Ловати, Мсты, Мологи и частично Чадогощи. Ее археологический облик (вещевой инвентарь, погребальная обрядность и т. д.) резко отличается от местных балто-финских древностей и, напротив, находит прямые аналогии в славянских памятниках на территории Польского Поморья. С этого времени славяне становятся основным населением этого региона (Седов В. В. Славяне в раннем средневековье. С. 213 - 216 ).

Следующая волна «северного» потока славянского переселения археологически представлена браслетообразными височными кольцами — характерными женскими украшениями, не свойственными ни одной из финно-угорских и балтских культур. Очагом этого миграционного движения было Повисленье, откуда славянские племена, носители браслетообразных колец, заселили западную часть ареала культуры псковских длинных курганов, продвинулись в Полоцкое Подвинье, Смоленское Поднепровье и далее на восток в междуречье Волги и Клязьмы, достигнув в IX - X вв. южных берегов Белоозера. Местное финское и балтское население было довольно быстро подчинено и отчасти ассимилировано пришельцами.

Почти одновременно в эти же земли пришли дунайские смоляне, чьим отличительным признаком являются лунничные височные кольца. Эти разные группы славянского населения объединились в мощный племенной союз кривичей. Летописец отметил, что кривичи обитали «...на верх Волги, и на верх Двины, и на верх Днепра, их же град есть Смоленск»; они же были «первии насельници... в Полотьски», в их земле стоял Изборск. О том, что кривичи были пограничным населением всего древнерусского Северо-Запада, свидетельствует, в частности, латышское название русских — krievs («криевс»).

Другим местом оседания славян, участников «северного» колонизационного потока, было северо-западное Приильменье и исток Волхова. Наиболее ранние славянские памятники (культура новгородских сопок) датируются здесь VIII в. Большая их часть сосредоточена по берегам Ильменя, остальные рассеяны в верховьях Луги, Плюссы и бассейне Мологи.

Что касается радимичей и вятичей, то современные данные полностью подтверждают летописное известие об их происхождении «из ляхов». Но если радимичи, подобно ильменским славянам и западным кривичам, сохранили южнобалтийский антропологический тип, то вятичи унаследовали некоторые расовые черты финно-угорского населения Восточно-Европейской равнины.

«Южный» поток хлынул на Среднерусскую равнину несколько позднее. Заселение славянами Среднего Поднепровья и лесостепной полосы с ее черноземными просторами началось в последних десятилетиях VII в. Два обстоятельства способствовали этому: во-первых, уход из Северного Причерноморья булгар и, во-вторых, образование в степях между Волгой и Доном Хазарского каганата, который временно перекрыл воинственным заволжским кочевникам — печенегам и венграм — дорогу на запад; в то же время сами хазары почти не беспокоили славян на протяжении всей первой половины VIII в., так как были вынуждены вступить в длительную войну с арабами за Северный Кавказ.

Впрочем, заселяя Поднепровье, славяне еще долго предпочитали держаться лесных массивов, по долинам рек спускавшихся в степи. В VIII в. здесь возникает раннеславянская роменская культура. В следующем столетии славянские поселения продвигаются еще дальше в глубь степей, как это можно видеть по памятникам боршевской культуры на Среднем и Нижнем Дону.

Антропологические исследования показывают, что в заселении лесостепной полосы принимали участие славянские племена, принадлежащие как к балтийскому антропологическому типу (высокий лоб, узкое лицо), так и к среднеевропейскому (низкий лоб, широкое лицо).

Расселение славян на древнерусских землях сопровождалось стычками между племенами, порой принимавшими весьма ожесточенный характер. Столкновения были вызваны покушениями на соседнюю территорию, прежде всего на охотничьи угодья.

Конфликты этого рода были, вероятно, повсеместным явлением, но «Повесть временных лет» запомнила только один из них: поляне, по словам летописца, «быша обидимы древлянами и окольними». Обидеть племя или народ — значит, нарушить добрососедские отношения. Следовательно, речь идет о каком-то попрании прав полян на занимаемую ими территорию со стороны соседних племен.

Похоже, суть конфликта проясняет одна из былин киевского цикла, сохранившая реалии «докиевской» эпохи. Однажды, во время очередного «почестного пира» в Киеве, к князю Владимиру явились его слуги — и в каком виде?

Все они избиты-изранены.
Булавами буйны головы пробиваны,
Кушаками головы завязаны.

Оказалось, что они «наехали во чистом поле» на толпу неизвестных «молодцов» — «за три ста и за пять сот», которые «избили-поранили» княжьих людей, «повыловили» всю «белую рыбицу», «повыстрелили туров-оленей» и «повыхватали ясных соколов». Обидчики назвались «дружиною Чуриловою». В дальнейшем выясняется, что этот Чурила Плёнкович живет «не в Киеве», а «пониже малова Киевца» (на Нижнем Дунае), причем своим могуществом и богатством он превосходит князя Владимира — двор у него «на семи верстах», обнесен «железным тыном», а «на всякой тынинке по маковке, а и есть по земчужинке». Эта былина как будто является фольклорным вариантом летописного известия о нападении «древлян и окольних» на угодья полян.

Два независимых друг от друга миграционных потока, вобравшие в себя разные группы славянских племен, обусловили «двуполюсное» развитие ранней русской истории. Русский юг и русский север долгое время шли если не совсем различными, то вполне самостоятельными путями. Охотно подчеркивая свои отличия друг от друга, они слишком часто забывали о том, что их объединяло. И в конце концов историческая задача достижения государственного и народного единения оказалась не по силам ни одному, ни другому. Поэтому можно сказать вслед за С. М. Соловьевым, что Новгородская и Киевская земли были не двумя центрами, а двумя главными сценами нашей древней истории. Подлинное средоточие Русской земли находилось не там и обнаружило себя не сразу. Зерно ее государственности — Владимиро-Суздальская Русь — медленно вызревало в стороне от кипучей жизни древнерусского пограничья.

В ПВЛ содержится версия о заселении славянами Восточно-европейской равнины.

Когда волохи напали на славян дунайских и поселились среди них, и притесняли их, то славяне эти пришли...

Этот отрывок (в самом начале в связи с расселением славян он приведён в полностью) часто интерпретируют как уход предков полян, древлян, дреговичей и ильменских славян с Карпат. В одних случаях (Б.А.Рыбаков) волохов отождествляют с римлянами Трояна. В других (В.О.Ключевский), с аварами. В обоих случаях прародиной восточных славян считают Карпаты, хотя Нестор нигде не упоминает гор как места, где жили славяне, нет гор и славянском эпосе.

Волохи определённо некий романизированный народ, но никак не античные римляне.

В Афетове же части седять русь, чудь и вси языцы: меря, мурома, весь, моръдва, заволочьская чудь, пермь, печёра, ямь, угра, литва, земегола, корьс, летьгола, любь. Ляхове же и пруси, чудь преседять к морю Варяжьскому. По сему же морю седять варязи семо к востоку до предела Симова, по тому же морю седят к западу до земле Агнянски и до Волошьски. Афетово бо и то колено: варязи, свеи, урмане, готе, русь, агняне, галичане, волъхва, римляне, немци, корлязи, веньдицы, фрягове и прочии, ти же приседять от запада къ полуденью и съседяиться съ племенемъ Хамовым.

В.Я.Петрухин видит под волахами франков, которые по языку относятся к романизированным народам. Они живут на самом западе по Варяжскому морю. Скандинавы называют Францию Валланд. Хотя указание Нестора на то, что земля Волошская лежит на крайнем западе по побережью Варяжского моря достаточно ясно и вполне определённо связывает волохов с франками, тем не менее, франкскую агрессию как причину миграции славян принять трудно.

Влияние франков на славян ограничивалось самыми западными племенами – кроатими, чехами, моравой. Причём франкская агрессия была уже не племенной экспансией, а государственной политикой (это относится и к королевству Мировингов, и к империи Карла Великого), направленной прежде всего на цели фиска, а не на решение несуществующих у франков после VII века демографических проблем.

Только другой народ, находящийся на такой же стадии этнического подъёма мог вытеснить славян с уже занятых ими территорий. Здесь, кажется, вполне применима теория Л.Н.Гумилёва. Таким народом были, вероятно, романизированные потомки гетов и даков и предки румын и молдаван, известные по средневековым русским источникам под именем волохи.

По-видимому, для Нестора волохи существовали в двух ипостасях: как общее наименование всех романизированных народов от валахов до франков (у чехов наименование волохи закрепилось за итальянцами); так и имя конкретного народа относящегося к этой группе. Это мнение уже высказывалось В.Д.Королюком. 80-587

Во всяком случае это более приемлемое объяснение, чем то, что даёт В.Я.Петрухин, сам вволю поязвивший над любителями подправить источники, здесь занявшийся тем же самым. Вместо того, чтобы принять список от варязи до фрягове за то, чем он является для Нестора – именно за список народов, указанный автор пытается выделить в нём некие "обобщающие этиконы: варяги: свеи, урмане и т.д., волхова: римляне, немцы (? Е.К.) и т.д." Тем более, что и в этом отрывке (чудь и вси языцы: меря… ) и в других местах, там, где Нестор хочет объединить кого-то в группу, он делает это ясно и недвусмысленно.

В год 6406 (898) Шли угры…через великие горы, которые прозвались Угорскими горами, и стали воевать с жившими там волохами и славянами. Сидели ведь тут прежде славяне, а затем Славянскую землю захватили волохи. А после угры прогнали волохов, унаследовали ту землю и поселились со славянами, покорив их себе.

Ситуацию конца IX века В.Я.Петрухин так же привлекает для доказательства тождества волохов и франков. Хотя оснований для этого фактически нет. Франкская империя развалилась ещё в 843 г., а в Паннонию угры прорвались уже после 900 г. Ещё восточнее, в Трансильвании – низменности, охваченной Карпатами с востока и севера, франков никогда и не было, зато эта территория всегда была камнем преткновения между румынами и венграми.

Отношения славян и валахов весьма запутаны, сначала в VI-VII вв. часть гетов и даков была славянизирована, а затем уже в VII-VIII вв. часть славян оказалась романизирована, так что "народная память" славян и румын оказалась весьма причудливо переплетена.

И всё-таки принять версию Нестора не позволяет географический фактор. Регенерация волохов в VII в., безусловно, вызвала и их давление на славян, но это давление было не очень сильное. Территория, отобранная у славян, практически ограничивается Добруджей. На север и восток через Карпатские горы массового переселения волохов не наблюдается. Так что славян, ушедших с Нижнего Дуная, никак не может хватить на заселение всей территории от Днестра до Волхова.

Можно было бы предположить, что какие-то группы славян, покинув Нижний Дунай, двинулась на северо-восток. Пройдя территории уличей и тиверцев, они достигли границы Леса, где и остановились, так как приднепровские леса уже были заселены родственными же славянами, пришедшими с запада. Прозвались ли они полянами на новом месте, или принесли это название с собой с юга неизвестно. Пребывание полян у границ Византии можно усмотреть в отрывке о приходе Кия к Царьграду.

Поляне же жили в те времена отдельно и управлялись своими родами; ибо и до тех братьев были уже поляне, и жили они родами на своих местах, и каждый управлялся самостоятельно. И было три брата: один по имени Кий, другой - Щек, и третий - Хорив, а сестра их была Лыбедь. Сидел Кий на горе, где ныне подъём Боричев, а Щек сидел на горе, которая ныне зовётся Щековица, а Хорив на третьей горе, которая прозвалась по нему Хоревицей. И построили город во имя старшего брата и назвали его Киев. Был кругом города лес и бор велик, и ловили там зверей, и были те мужи мудры и смыслены и назывались они полянами, от них поляне и доныне в Киеве.

Некоторые же, не зная, говорят, что Кий был перевозчиком; был де тогда у Киева перевоз с той стороны Днепра, отчего и говорили: "На перевоз на Киев". Если бы был перевозчиком, то не ходил бы к Царьграду; а между тем Кий этот княжил в роде своём, и ходил он к царю и великие почести воздал ему, говорят тот царь, при котором он приходил. Когда же возвращался, пришёл он на Дунай, и облюбовал место, и срубил городок невеликий, и хотел сесть в нём своим родом, да не дали ему близживущие; так и доныне называют придунайское городище то - Киевец. Кий же вернулся в свой город Киев, тут и умер; и братья его Щек и Хорив и сестра их Лыбедь тут же скончались.

Культурный уровень этих вновь пришедших племён, если следовать Нестору, был существенно выше, чем у лесного славянского населения. Поляне имеют обычай отцов своих кроткий и тихий, стыдливы перед снохами своими и сёстрами, матерями и родителями; перед свекровями и деверями великую стыдливость имеют; имеют и брачный обычай; не идёт зять за невестой, но приводят её накануне, а на следующий день приносят за неё - кто что даст. А древляне жили звериным обычаем, жили по скотски: убивали друг друга, ели всё нечистое, и браков у них не было, но умыкали девиц у воды. (Обычай знакомства у воды дожил в русской культуре до начала XX века - "Шла девица за водой, за холодной ключевой. За ней парень молодой, кличет: - "Девица, постой"" - русская народная песня.) А радимичи и вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу, как звери, ели всё нечистое и срамословили при отцах своих, и браков у них не бывало, но устраивали игрища между сёлами и сходились на эти игрища, на пляски и на всякие бесовские песни и здесь умыкали себе жён по сговору с ними; имели же по две и по три жены. И если кто умирал, то устраивали по нём тризну [пир на погребении], а затем делали большую колоду и возлагали на эту колоду мертвеца и сжигали, а после, собрав кости, вкладывали их в небольшой сосуд и ставили на столбах при дорогах, как делают и теперь ещё вятичи. (И до сих пор, в сельской местности встречаются деревянные кресты на перекрёстках дорог.) Этого же обычая держались и кривичи и прочие язычники, не знающие закона божьего, но сами себе устанавливающие законы .

Итак, Нестор отделяет полян в прежние времена от остальных окружающих славян на основании некоторого распространения у них христианства. Поляне, в отличие от других днепровских славян, основным оружием имели мечи, что отражено в эпизоде с данью в виде прямых обоюдоострых клинков, предложенной хазарам и отвергнутой последними. Конфликт, отражённый летописцем - "древляне и другие окольные народы стали притеснять полян" , так же может быть отнесён на счёт этой культурной разницы. Здесь, впрочем, Нестор противоречит сам себе, раньше он говорил о мире между всеми славянскими племенами (цитата приведена выше). Поляне же первыми из восточных славян, по мнению Нестора, построили город - Киев, город Кия и его братьев - Хорива и Щека.

Такое изложение истории именно славянского племени полян выглядит достаточно легендарно и, как отмечали многие исследователи, связано с политическими устремлениями и патриотическими пристрастиями автора. Ни археологические данные, ни какие другие источники не подтверждают такого культурно-исторического выделение полян из общего восточнославянского массива.

По археологическим данным отдельные находки на месте Киева не датируются ранее VII века, а возникновение городской инфраструктуры происходит уже в IX веке. Так что известное празднование 1500-летия Киева с выпуском марок, установкой памятных знаков и т.д. можно считать досрочным. (Ну не ждать же, в самом деле, ещё 350 лет!)

Пока легенда о заселении Восточно-европейской равнины выходцами с Дуная остаётся легендой. Между Дунаем и Днепром лежат Карпаты и живут волохи. Движение через Добруджскую горловину идёт с севера на юг, а вовсе не на оборот. Нет никаких письменных свидетельств об оттоке славян с Дуная на север, как, например, есть сведения об уходе утигуров и кутигуров обратно к Азову. Заселение славянами Русской равнины скорее всего происходило в русле общего процесса расселения славян из района первичного славянского этногенеза, т.е. из ареала Пражской культуры.

В первой фазе (VI в.) - движение на юг через Норик, Паннонию, Верхнюю Мёзию.

Во второй фазе (вторая половина VI в. - первая половина VII в.) - движение на юг в обход Карпат к Чёрному морю и далее через Добруджу и Нижнюю Мёзию.

В третей фазе (вторая половина VII в.) начинается расселение славян по всем азимутам. На север – к Балтийскому побережью. На северо-восток в бассейн Западной Двины и Волхова. На восток в Верхнеднепровский и Верхневолжский бассейны. На юго-восток в бассейны Оки и Верхнего Дона. Центральными "перевалочными базами" в общем восточном направлении оказались районы Среднего и Верхнего Днепра.

Расселение древних народов происходило обычно в двух формах. Это было либо вынужденное переселение, когда под угрозой полного физического истребления племена снимались с прежних мест обитания в полном составе, со всеми своими стариками и старухами, всем скарбом, оставляли могилы предков, святые рощи и источники, и уходили с боем или по договору в безопасное место. Так остготы, спасаясь от гуннов, переселились на территорию Римской империи. Но это обычно связано с давлением кочевников, войны которых нередко вели к полному истреблению противника, так как одни и те же пастбища не могли прокормить две орды.

Другой формой расселения было расселение дружинное. Оно обычно связано не с ухудшением, а, наоборот, с улучшением условий обитания. Когда в результате климатических изменений увеличивается продуктивность хозяйства и улучшается питание, то в семьях возраста активности начинает достигать не один - три, а четыре - пять, а то и большее число мальчиков. Но архаические структуры племенного общества не могут без существенной трансформации интегрировать эти подрастающие поколения. Значительному числу юношей, даже из знатных родов, грозит опасность так и оставаться на нижней ступени иерархической племенной структуры, потому что структура слишком жесткая и не может измениться. Даже право наследования почти у всех народов древности ограничивается правами третьего сына.

Западный мир дал один вариант выхода из этого кризиса "перепроизводства мальчиков". Германские юноши стали уходить из племён, но делали это не по одиночке, а организуя дружины. Такие дружины обычно возглавляли сыновья конунгов. Их ближайшими подручными и командирами отдельных отрядов становились выходцы из знатных родов. Таким образом, даже младшие бесправные сыновья могли восстановить своё родовое положение, не вступая в конфликт со старшими в роде. Целью этих дружин был Римский мир. Молодёжь, влекомая блеском Рима, объединялась в дружины и уходила сначала воевать с Римом, потом служить Риму и, наконец, делить наследство Рима. Воины, уходя из племён, порывали с традицией, а приходя в Галлию (Францию), Италию, Испанию, попадали в мощное духовное поле христианской церкви. Энергия молодости, порвавшей с традицией, духовная сила христианства и наследие Рима (в том числе римское право) породили новый мир - энергичную и эгоистичную, рыцарскую и жестокую феодальную Европу (Запад, Западный мир).

Архаические родоплеменные структуры в течение длительного времени являлись "донорами", отдавая на сторону всю энергию и силу молодой крови. От длительной и систематической потери самых энергичных элементов, родоплеменные общества севера Европы умерли почти естественной смертью, не оставив заметных следов в индивидуалистическом Западном мире.

Восток дал другой пример разрешения кризиса "перепроизводства мальчиков". В монгольской степи XII века также произошли климатические улучшения, степи увлажнились, и кормовая база существенно расширилась. Но новые поколения не могли быть организованы в отряды и отправлены в Китай - столь же великую, богатую и привлекательную страну на Востоке, как и Рим на Западе. Завоевать Китай только силами одних молодежных дружин, было очевидно невозможно, а переселятся на территорию Китая незачем, в силу несовместимости кочевого скотоводства и ирригационного земледелия. Рядовым германским войнам при своём переселении с севера Европы в Римские провинции не приходилось менять пашенное земледелие на что-либо другое. В этих условия в Монголии начался процесс, когда родительское общество отторгало свою молодёжь, которой не находилось места в рамках старых структур. Отторгнуть можно было либо убив, либо выгнав в одиночку в степь. Именно это произошло с Темуджином. Изгнанная молодёжь, воспитываясь в степи как одинокие волчата, вне культурной традиции, утратила культурный облик, "озверела", объединилась в банды, нашла себе вождя - изгоя из числа племенной знати Темуджина, будущего Чингиз-хана, и, прежде всего, устроила кровавый погром своему родительскому обществу, подчинив его и превратив его в мощную военно-бандитскую организацию.

Есть основания считать, что был и третий путь. В былине "Илья Муромец и сын" Илья Муромец встречается со своим "озверевшим", утратившим отцовскую традицию сыном. Ни голос крови, ни голос разума не могут перебороть это "озверение" - сын нарушает договор с отцом и, более того, убивает мать. В последовавшей битве Илья Муромец убивает сына. То есть, традиционное общество восточных славян смогло в рамках традиции найти новые силы, а Илья Муромец, Добрыня Никитич, Алёша Попович - это именно молодые богатыри, они младшие по отношению к поколению Святогора. Традиционное общество восточных славян смогло подавить бунт молодых, смогло инкорпорировать молодые поколения, тем самым сохраняя себя и, одновременно, обрекая себя на тысячелетнюю, медленную и мучительную трансформацию, не закончившуюся и до настоящего времени.

Жили восточные славяне замкнуто, материальная основа славянской культуры крайне ограничена, но всё же существенно многообразней, чем у финских племён, территорию которых колонизуют славяне. Из зоны контакта с германцами славяне приносят на свой холодный север хлебную печь, но трансформируют её в главный элемент жилища (вместо очага - камина). Из зоны контакта со скифо-сарматским миром приводят в свои леса лошадь. И чуть ли не первые в Европе начинают пахать на ней, а не на волах.

С юго-запада на северо-восток приносят славяне и пашенное земледелие, не приобретая новых навыков, но и не отказываясь от заветов предков ("Земля - кормилица"), несмотря на всю рискованность этого при пятимесячной зиме, дождливой осени и трёхмесячном лете с возможными заморозками в июне.

В результате расселения в общем направлении на северо-восток восточные славяне оказались очень далеко от центров цивилизации того времени - Византии, империи Каролингов, Хорезма, Арабского Халифата. Ни в одной точке ареал восточных славян не контактировал с территориями великих государств, как предыдущей античной эпохи, так и раннего средневековья.

В момент начала славянского продвижения на северо-восток, т.е. в середине VII - начале VIII века, на востоке Европы складываются новые государства - Хазарский каганат (650 г.), контролирующий низовья Волги, Северный Кавказ и Восточный Крым и Великий Булгар (670 г.) в среднем течении Волги. Тогда же Балтийское море начинает превращаться в область активных торговых контактов различных народов, населяющих его берега, составляя некоторый прообраз будущей Ганзы. В этом сообществе активное участие принимают и западные славяне, достаточно быстро вышедшие к южному побережью Балтики по территориям, оставленным в предыдущие века германцами, ушедшими на юг и запад. Возникают торговые пункты: Рольсвик и Аркона на острове Рюген, Хедебю в Ютландии, Хелгё и Бирка в Швеции, Волин на Одре, Стаград в земле ободритов. Среди них и Ладога (современная Старая Ладога), основанная скандинавами в начале 750 годов как торгово-ремонтная пристань.

Примерно сто лет потребовалось славянам на то, чтобы войти в контакт с форпостами цивилизованного мира.

В конце 760 годов славяне появляются в Ладоге, где в последствии становится доминирующим элементом. Древнерусское название Ладога через скандинавское Aldeiga восходит к финскому Alode-jogi - "нижняя река".

К середине VIII века славянская колонизация на севере достигла рубежа озёр Ильмень-Ладога-Онега-Белое. В движении на север основное участие принимали западные славяне из бассейна Вислы. Ещё достаточно долгое время языковая ситуация сохраняла следы первичных движений. Анализ новгородских берестяных грамот показал большее сходство даже в XI-XIII веках их языка с языками западнославянскими, чем с древнейшими слоями языков приднепровских славян.

На северо-востоке славяне вышли в район правобережья верхней Волги.

Оказавшиеся внутри этого нового славянского ареала финские (весь, меря, мещёра, чудь заволочская) и литовские (голядь) племена впоследствии полностью ассимилировались. Причем, если в отношении финских племён этот процесс был вполне мирным: нет ни письменных, ни фольклорных, ни археологических данных об обратном, то в отношении литовских племён это не так. Как раз в месте расселения литовских племён былинный Илья Муромец прокладывает новую прямоезжую дорогу из Мурома в Чернигов, побеждая Соловья Разбойника, который ни конному, ни пешему пути через свой лес не давал. Соловей - один из тотемов литовцев. Таким образом, если в момент раскола общего балтославянского поля на долю будущих славян досталось не более 1/5 общей территории, то спустя четыре века ситуация кардинальным образом меняется, и территория балтов оказывается ограничена Восточной Прибалтикой.

На юго-востоке славяне выходят к верхним течениям Дона и Северского Донца. Славяне, двигаясь на юго-восток, достигли районов, подвергшихся опустошительному разгрому гуннами. Следствием которого было почти полное исчезновение существовавшей в III-IV вв. на территории Украины и смежных областей Черняховской культуры. "Среди создателей черняховской культуры было несколько этнических групп, в том числе, вероятно, и праславяне (на северо-западе). Но главную роль, по-видимому, играло здесь ираноязычное население, потомки скифов и сарматов, в значительной мере перешедших к земледелию".

В черняховцах или их частных группах очень многие пытаются увидеть славян или праславян. А.П.Новосельцев, в приведённом выше фрагменте, указывает на северо-западную группу. С.Ю.Сапрыкин, генетической предшественницей славянства видит ту часть черняховцев, которые занимали лесную и лесостепную зону от Словакии до верховьев Северского Донца. Для Б.А.Рыбакова, вся эта культура – славянская. Но, как уже выше говорилось, кроме территориального совпадения других данных, позволяющих отождествить черняховцев со славянами, нет.

Основное ядро черняховцев – это перешедшие к осёдлому образу жизни ираноязычные скифо-сарматские племена, занимавшие степную и лесостепную зону Северного Причерноморья. С севера и северо-запада в лесной зоне к ним примыкали племена балтославянского массива, на западе – фракийцы, кельты.

Германцы, проходя с севера на юг, отделяют зону будущей пражской культуры от черняховцев, а позже гунны вообще уничтожают в степной зоне эту культуру, а также и большинство античных центров Северного Причерноморья. Таким образом если черняховцы и участвовали в первичном славянском этногенезе, то весьма незначительно и только их северо-западная группа отрезанная германцами от основного культурного массива и оттеснённая на запад.

Когда славяне стали расселятся в юго-восточном направлении, то на Среднем Днепре и в верховьях Северского Донца они встретились с остатками скифо-сарматских землепашцев. "Вероято именно от них у юго-восточных славянских племён (полян, северян) сохранились реликты иранской лексики, а так же иранские по происхождению и названиям божества восточнославянского языческого пантеона (Хорс, Симаргл, Вий и др.)"

Другие построения исходят из того, что славяне долгое время соседствовали с иранцами-степняками, и вели с ними многовековую борьбу. В качестве доказательств привлекается мотив змееборчества русских сказок в сопоставлении со змееобразными тотемами скифов и/или сарматов. 13-30 Но мотив змееборчества не является уникальным для восточных славян. Драконьи сказки распространены чуть ли по всему миру. И этот мотив имеет гораздо более глубокую природу.

"Центральный образ индоевропейской мифологии – громовержец (древнеинд. Parjfnya-, хеттск. Piruna-, славянск. Perunъ, литовск. – Perkūnas и др.), находящийся "наверху" (отсюда связь его имени с названием горы, скалы) и вступающий в единоборство с противником, представляющим "низ", - он обычно находится "под" деревом, горой и т.д. Чаще всего противник громовержца предстаёт в виде змееподобного существа, соотносимого с нижним миром, хаотическим и враждебным человеку".

Заняв территорию по границе леса и степи и ассимилировав прежнее население, славяне перенимают не только иранских богов, но и прежние отношения иранцев с владетелями степи, а таковыми с VII века являются хазары. Славяне юго-востока начинают выплачивать хазарам дань.

Легенда о дани мечами, изложенная Нестором, с одной стороны, не может использоваться в качестве доказательства независимости славян от хазар, так как хазарские старцы, увидев дань обоюдоострыми мечами всего лишь предсказывают, что в будущем сами хазары будут платить дань славянам киевским, а с другой стороны, не имеет материальных подтверждений. Чисто славянский комплекс оружия в это время не выходит за рамки весьма низкотехнологичного дометалического уровня - дротики, луки с отравленными стрелами, большие деревянные щиты.

Отношения славян и хазар весьма сложны. Славяне, соседствуя с государством хазар, знакомятся с самой идеей государственности. Через хазарский каганат к юго-восточным славянам (полянам, саверянам, вятичам) попадают изделия из Халифата и Византии. Всё это, согласно взгляду В.О.Ключевского, способствовало экономическому и политическому развитию славян. Вполне возможно, что сам Киев был первоначально заложен в начале IX века как северный форпост Хазарии. Константин Багрянородный приводит название киевской крепости - Самватас, которое наиболее обоснованно связывается с тюрко-хазарским термином "верхнее укрепление" (sam + bat). -315(9.17) К этой же категории отсылок к вассалам-союзникам хазар, мадьярам, могут быть отнесены упоминающиеся в ПВЛ Угорьское урочище под Киевом и Ольмин двор в самом городе, название которого Г.В.Вернадский соотносит с мадьярским воеводой Оломом.24- 336 (Впрочем, Г.В.Вернадский очень часто отождествляет имена из одних источников с именами из других, не имея на это никаких иных оснований, кроме собственной концепции и похожести звучания слов. Как будто в прошлом жили только те несколько сот людей, имена которых нам известны и если два имени встречаются в разных источниках, то это обязательно один и тот же персонаж.) Есть подтверждения и археологические. Недавно был раскопан могильник "салтовского типа" - культуры надёжно сопоставляемой с Хазарским каганатом.38

Но с мнением "об очевидном этнокультурном симбиозе славян и кочевников в лесостепной зоне" 14-86 согласится совершенно не возможно. Славяне соседствовали не с осёдлым ядром Хазарии, и даже не с её полукочевыми властителями – тюрками-хазарами, а с их союзниками и вассалами – уграми, совершенными кочевниками, урегулированные отношения с которыми представляются невозможными. Венгры вели себя точно так же как и их приемники: печенеги, половцы и т.п., о чём есть свидетельства восточных авторов, которые будут приведены несколько позже.

С середины VIII в. между двумя новообразованными центрами цивилизации - нижневолжским и циркумбалтийским начинает устанавливаться связь через земли "только что" освоенные славянами. На крайнем северо-востоке славянского ареала в пограничной с финскими племенами мери, муромы, мордвы, черемисов (мари) возникают промежуточные пункты. Ладога и Рюриково городище под Новгородом – северные ворота в славянские земли. Гнездово у Смоленска – центральный транспортный узел, обеспечивающий переправу из бассейна Волхова в бассейны Двины, Днепра и Волги. Темирево и Михайловское близ Ярославля – восточные волжские ворота, предел славянских земель.

Так складывается древнейший на Восточно-европейской равнине торговый путь из Арабского халифата через Хазарию, Волжский Булгар, славянские города северо-востока и запада русской равнины к побережью Балтийского моря. Именно в бассейнах Волги и рек, текущих к Балтийскому морю - Западной Двины, Великой, Волхова, и находят клады арабских монет IX века, которых в это время совсем нет в бассейне Днепра. -102 Но на этом пути не было купцов, которые проходили бы его из конца в конец. Сведения о славянском участке доходили до арабских географов, византийских и западноевропейских хронистов из вторых - третьих рук.

Временем, с которого восточные славяне входят во всемирную историю, можно считать середину IX века - время, когда появился путь Из варяг в греки.

Нестор в своей ПВЛ приводит описание обоих этих маршрутов и Двинско-Волжского и Из варяг в греки.

Когда же поляне жили отдельно по горам этим [имеются в виду днепровские кручи у Киева], тут был путь из Варяг в Греки и из Грек по Днепру, а в верховьях Днепра - волок до Ловати, а по Ловати можно войти в Ильмень, озеро великое; из того же озера вытекает Волхов и впадает в озеро великое Нево, и устье того озера впадает в море Варяжское... И по тому морю можно плыть до Рима, а от Рима можно приплыть по тому морю к Царьграду, а от Царьграда можно приплыть в Понт море, в которое впадает река Днепр [Этакая "Европейская кругосветка" Е.К.]. Днепр вытекает же из Оковского леса и течёт на юг, а Двина из того же леса течёт и направляется на север и впадает в море Варяжское. Из того же леса течёт Волга на восток и впадает семьюдесятью устьями в море Хвалисское. Так из Руси можно плыть по Волге в Болгары и в Хвалиссы, и далее на восток пройти в удел Сима, а по Двине в землю Варягов, а от Варяг до Рима, от Рима же до племени Хама. А Днепр впадает устьем в понтийское море; это море слывёт Русским.

Когда Андрей [апостол Андрей Первозванный, брат Петра] учил в Синопе и прибыл в Корсунь, узнал он, что недалеко от Корсуни устье Днепра, и захотел отправиться в Рим, и прибыл в устье Днепровское. И... пришёл... где впоследствии возник Киев, и отправился по Днепру вверх. И пришёл к славянам, где ныне стоит Новгород... И отправился в страну варягов, и пришёл в Рим... прибыв в Рим, пришёл в Синоп.

Боевые отряды (дружины) древних скандинавов (норманнов, викингов, варягов) и их торговцы (купцы) ещё в VIII веке освоили морской путь из Скандинавии в "столицу мира" Константинополь. Правда, воины и купцы часто были одними и теми же людьми - торговали, если не могли взять силой. Слово "купец" имеет скандинавский прототип. Kaupskip (каупскип) - корабль для перевозки грузов -102 , в более поздние времена "каперство" - санкционированный государством разбой морских купцов в отношении военного противника. Вот такими "мирными" могли быть эти купцы.

Путь в Константинополь начинался в Балтийском или Норвежском море, огибал через Северное море, Атлантический океан и Средиземное море всю Европу. В середине IX века скандинавами был освоен другой путь - по рекам восточной Европы. Он начинался в Финском заливе, куда впадает Нева, шёл по Неве в Ладожское озеро, затем по реке Волхов в Ильмень-озеро. Далее, река Ловать почти до истока. Ловать контролировалась в двух пунктах, в районе устья из Старой Руссы и ближе к истоку из Великих Лук. Переход из Онежского бассейна в Западно-Двинский осуществлялся по волоку, длинна которого примерно 12 километров. Ладьи по этому волоку попадали в озеро Усвят, откуда по речке Усвяч в Западную Двину. Сплавившись вниз всего на несколько километров, уходили в левый приток Западной Двины - речку Касплю. Поднявшись вверх по Каспле почти до истока, доходили до озера Каспля, откуда по второму волоку, длинна которого примерно 15 километров, попадали в озеро Купринское и по короткому протоку, называющемуся Катынь, наконец, входили в Днепр. Выход в Днепровский бассейн контролировался Смоленском. Затем уже по Днепру в Чёрное море. В начале пути на Волхове и в конце на Днепре были пороги, требовавшие обноса. Большие суда викингов на 70 пар вёсел, дракары, здесь, на речных мелководьях, не годились и в Ладоге строились меньшие на 10-20 пар вёсел. Вдоль всего этого пути, за исключением области реки Невы и правобережья низовьев Днепра, к этому времени жили восточные славяне.

Таким образом, главным фактором в ранней истории восточных славян был географический фактор - а именно, их удалённость от Pax Romana (Римского мира). Племена, поселившиеся на берегах рек, текущих по равнинам Восточной Европы, оказались вне пределов, которых достигало материальное или духовное влияние Рима.

Первое великое государственное образование Западного мира - империя Карла Великого вовлекла в поле своего влияния западных славян, в то время как южные славяне оказались в поле влияния Византии - сохранявшей традицию как старого античного мира, так и деспотий Востока.

И только восточные славяне были не у дел. До тех пор, пока новые звенья цивилизации, сомкнувшись, не поднялись достаточно далеко на север и арабское серебро и золото, просочившись через лесные дебри, не засверкало на балтийском побережье, затмевая свет янтаря и привлекая охотников до себя, суля сто крат больше. Арабские дирхемы обещались стать проводниками для таких охотников по неведомым землям востока и довести их до источника - сказочного Багдада. И охотники нашлись - ими стали скандинавские викинги. То, что в результате вместо Багдада они оказались в Константинополе, всего лишь небольшое отклонение от курса, если смотреть из Скандинавии. Усилиями викингов, хоть они того и не хотели, оказались разбужены и вовлечены во всемирную историю задремавшие на берегах своих рек после эпохи расселения племена восточных славян. А проснувшиеся восточные славяне направили викингов по той дороге, по которой оказалось сподручнее им самим.

Историческая наука о происхождении славян. Колонизация славянами восточно-европейской равнины

Первым русским историком, повествовавшим о происхождении и расселении славян, был Нестор. В его сознании библейская картина мира, представление о трех сыновьях Ноя, Симе, Хаме и Иафете, как о единых предках всех народов, позволяла Нестору включить славян в число тех 72 языков, которые разделились после вавилонского столпотворения.

в этой картине мира должен был присутствовать свой «центр»: таковым для всемирной библейской истории стал Вавилон, для эпохи же расселения славян - Дунай, где «сели» славяне и откуда они стали расселятся дальше по Европе, а затем - Киев, столица Древнерусского государства.

Но нужно сказать, что и до Нестора имя славян появлялось на страницах византийских и западноевропейских хроник в VI-VII в.в., когда из балто-славянской периферии позднеантичного мира они прорвались на границы раннесредневековой цивилизации..

Наиболее ясно представления о происхождении славян изложил готский историк VI в. Иордан. Земли, где живут славяне и другие народы, он в соответствии с античной традицией именует Скифией. «От истоков реки Вистулы (Вислы) на огромных пространствах обитает многочисленное племя венетов. Хотя теперь их названия меняются в зависимости от различных родов и мест обитания, преимущественно они все же называются склавенами и антами». Склавены живут к западу от Днепра вплоть до Вислы на севере, «анты же, самые могущественные из них. - от Днестра до Днепра».

Казалось бы Иордан дает готовую схему славянского этногенеза: склавенами или склавинами средневековые авторы - и греческие и латинские - называли славян, анты в источниках VI - начала VII вв. также считались объединением славянских племен, и оба этих племенных союза составляют объединение венетов (или венедов), известное где-то на Висле с античных времен - с начала н.э.

Т.о. из этого можно заключить, что венеты представляли собой особую этническую общность - предков славян

Сами же славяне не называли себя венетами - это название, начиная с Иордана, было дано им извне: так, возможно, под влиянием античных традиций, их называли германцы, а уж под влиянием германцев - прибалтийские финны. Самоназванием же славян, известным всем славянским группам, был этнонимсловене - его и предали авторы VI в. в грецизированной форме склавины / склавены, когда славяне вышли на Дунай, к границам Византии.

Итак, и с точки зрения греков, и с точки зрения франков, собственно славяне - склавины, склавы - обретаются на Дунае.. Но Дунай, в действительности был границей, пределом, к которой стремились русские князья, начиная с Кия - легендарного основателя Киева.

Согласно одной концепции праславянская общность зародилась прямо на Дунае, в эпицентре формирования индоевропейских языков в бронзовом веке; в процессе миграций носителей индоевропейских языков славяне переселились к северу от Дуная, а в эпоху великого переселения народов возвратились на «дунайскую прародину», о которой славяне сохранили память на протяжении всей своей истории.

Согласно другой концепции, праславянский язык (и праславяне) выделились из балто-славянского континуума - этнологической общности славян и балтов, относительно поздно, в железном веке, и заключительным этапом разделения балтов и праславян был «выход» последних на Дунай.

Начиная с 7 - 8 века происходит интенсивное продвижение славян и в центр и в северные зоны Восточной Европы. Славяне шли в Восточную Европу разными путями и в разное время на протяжении 6 - 10 века..

Расселение славян шло в основном по трем направлениям: на юг, на Балканский полуостров - сербы, хорваты, словенцы, македонцы; на запад - в междуречье Одера и Эльбы - чехи, моравы, поляки, полабские и поморские славяне; на восток и север, по Восточно - Европейской равнине - наши предки, восточные славяне, ставшие в последствии русскими, украинцами и белорусами.

На восточной окраине Европы в то время жили финские, балтские и ираноязычные племена - земледельцы, охотники и рыболовы. В таежных степях и лесостепях места хватало всем, и судя по всему, ославянивание этих краев произошло не в результате завоевания, а в ходе постепенной диффузии. За несколько веков земледельческие племена Восточной Европы слились в народ, который мы ныне называем древнерусским.

Восточная половина Европы представляет собой равнину, ограниченную четырьмя морями - Белым, Балтийским, Черным и Каспийским - и тремя горными хребтами - Карпатами, Кавказом и Уралом. В древнейшие времена главными средствами сообщения и местами расселения служили реки с их многочисленными притоками.

Климат в средней полосе Восточно - Европейской равнины континентальный: на смену жаркому, сравнительно короткому лету приходит долгая и снежная зима. Эти природные условия оказывали влияние на образ жизни народов Воточно-Европейской равнины.

Расселение славян по Восточно-Европейской равнине было тесно связано с реками - они оказывали весьма благотворное влияние на жизнь людей. Они служили средством сообщения между племенами, снабжали людей рыбой для еды и для обмена. Речные пути со временем приобретали международное значение, они соединяли уже не только отдельные племена, но и различные народы и страны.

Существовало два водных пути, по которым проходил процесс расселения. Во-первых, славяне двигались через Карпаты на Днепр; во-вторых, через Южную Балтику они попадали к берегам Волхова и к Ладоге. Согласно «Повести временных лет» Нестора, расселение славянских племен выглядело следующим образом.

Поляне остановились на правом берегу Днепра.

Древляне также жили на правом берегу Днепра. Им достались лесные местности, поэтому это племя занималось в основном охотой.

Дреговичи (от слова «дрегва» - болото) расселились между Припятью и Западной Двиной.

Северяне - к северу от полян, по левому берегу Днепра и Десне.

Радимичи жили в бассейне реки Сож, левого притока Днепра.

Вятичи заняли бассейн Оки.

Полочане расселились в месте впадения в Двину реки Полота.

Волыняне (бужане) жили к юго-западу от полян, в Прикарпатье, в бассейне Южного Буга.

В Поднестровье, южнее полян, поселились уличи.

По берегам Западной Двины, Днепра и Оки расселились кривичи . В связи со столь выгодным географическим положением это славянское племя больше других занималось торговлей.

Ильменские словене остановились у озера Ильмень и реки Волхов, вплоть до Финского залива.

Белые хорваты заняли верховья Днестра, а ниже них по Днестру расселились тиверцы

Летописцы отмечали неравномерность развития отдельных племенных объединений восточных славян. В центре их повествования - земля полян. Земля полян, как указывали летописцы, носила также название «Русь». Историки полагают, что так звали одно из племен, жившее по реке Рось и давшее имя племенному союзу, историю которого наследовали поляне.

Историю русской государственности можно начинать с заселения в I тыс. до н.э. севера и центра Восточно-Европейской равнины многочисленными славянскими племенами. Они жили оседло и занимались охотой, рыболовством и земледелием, в степной полосе – скотоводством. Расселение славянских племен происходило в VI-VIII вв. по трем основным направлениям: на юг - на Балканский полуостров; на запад - в междуречье Одера и Эльбы; на восток и север по Восточноевропейской равнине. Соответственно произошло и разделение славян на три ветви - южную, западную и восточную. Предками современных русских, украинцев и белорусов являются восточные славяне. Древние славяне были язычниками. У них сложился пантеон (богов) они верили в злых и добрых духов, каждый из которых олицетворял разнообразные силы природы: Ярило - бог солнца и Перун - бог грома и молнии, войны и оружия.В процессе расселения восточных славян по Восточно-Европейской равнине у них произошло разложение первобытнообщинного строя. Они стали объединяться в племенные союзы, которые и предшествовали возникновению государства.

4. Письменные источники второй половины I тыс. н.э. о формах государственности восточных славян

Главный источник ПВЛ

Бужане – в верховья Западного Буга. Княжение.

Волыняне –Центр – Волынь (в летописи упоминается с 1018). В 907 г. – союзник Киева. Княжение

Вятичи – союз восточнославянских племен верхнего и среднего течения р. Оки.

Древляне – племенное объединение, занимавшее в VI-X вв. территории Полесья, Правобережной Украины по теч. рр. Тетерев, Уж, Уборть, Ствига. Главный город – Искоростень.. Были обложены данью Олегом в 883 г. Княжение. Племеное обьеденение

Дреговичи – племенное объединение славян. Места обитания - северные области днепровского правобережья. В древности имели свое княжение с главным городом Туровом на Припяти.

Княжение. Племеное обьеденение

Дулебы - племенное объединение на территории Западной Волыни. В VII в. подвергались опустошительным набегам аваров. В 907 году дружина дулебов участвовала в походе Олега на Царьград.

Кривичи - союз восточнославянских племен в VI – X вв. Располагался на водоразделе Западной Двины, Днепра и Волги. Главные города – Смоленск, Полоцк и Изборск. Княжение. Племеное обьеденение.

Поляне – восточнославянский племенной союз по среднему течению Днепра от Припяти до Роси. Составили ядро древнерусского государства. КНЯЖЕНИЯ

Радимичи – племенное объединение, располагавшееся в восточной части верхнего Поднепровья, по р. Сож и ее притокам. платили дань Хазарам. В 885 году были присоединены Олегом, окончательно потеряли политическую самостоятельность

Северяне – союз племен в VII – IX вв., располагающийся по рр. Десне, Сейму, Суле. Платили дань хазарам.

5. Письменные источники о социально-экономической организации, хозяйстве и культуре восточных славян

Главный источник ПВЛ Бужане земледелие, животноводство, ремесло. Язычники славянский язык.Волыняне – земледелие, ремесло Язычники славянский язык.Вятичи – Патриорхально – родовой образ жизни, земледелие, животноводство, ремесло, охота. славянский язык.трупоположение Древляне – земледелие, животноводство, ремесло. Язычники славянский язык.трупосожениеДреговичи – земледелие, животноводство, ремесло, охота. славянский язык.Кривичи - земледелие, животноводство, ремесло, охота. славянский язык.трупоположение

6. Социально-экономические предпосылки и причины формирования государственности у восточных славян (VIII – IX вв.)

Развитие земледелия. В первую очередь следует отметить изменения, происходившие в хозяйстве восточных славян в 7 - 9 вв. Например, развитие земледелия, особенного пашенного в степном и лесостепном районе Среднего Поднепровья, приводило к появлению избыточного продукта, а это создавало условия для выделения из общины княжеско-дружинной группировки (происходило отделение военно-управленческого труда от производительного).На Севере Восточной Европы, где из-за суровых климатических условий земледелие не могло получить широкого распространения, большую роль продолжали играть промыслы, а возникновение избыточного продукта стало результатом развития обмена и внешней торговли.В районе распространения пашенного земледелия началась эволюция родовой общины, которая, благодаря тому, что теперь отдельная большая семья могла обеспечить свое существование, стала трансформироваться в земледельческую или соседскую (территориальную). Как и раньше, такая община состояла в основном из родственников, но в отличие от родовой общины, пашенная земля, которая была разделена на наделы, и продукты труда находились здесь в пользовании отдельных небольших семей, которые владели орудиями скотом и труда. Это создавало некоторые условия для имущественной дифференциации. Социального же расслоения в самой общине не происходило, поскольку производительность земледельческого труда оставалась слишком низкой. Археологические раскопки восточнославянских поселений того периода обнаружили почти одинаковые семейные жилища-полуземлянки с одним и тем же набором предметов и орудий труда.Помимо этого, на обширной лесной территории восточнославянского мира сохранялась подсека, а из-за своей трудоемкости она требовала усилий всего родового коллектива. Так наметилась неравномерность в развитии отдельных племенных союзов.

7. Политические предпосылки и причины формирования государственности у восточных славян (VIII – IX вв.)

В Среднем Поднепровье из восточнославян. племен раньше других выделились поляне. Они объединились вокруг Киева, который становится ремесленным, а главное политическим центром. Поляне раньше всех освободились от хазарской зависимости. «Повесть временных лет» Первые правителями у полян братьев Кия, Щека и Хорива. Город назван в честь старшего брата - Киевом. Княжество было этнически однородным. В 9в. здесь появляются русы, выходцы из Скандинавии - варяги (грабители, купцы). Из военных предприятий руссов особенно известны поход и осада Константинополя в 860г борьба окончилась подписанием мира между Русью и Византией. Возникновение государственности есть результат внутреннего развития общества. Основа складывающейся государственности в новгородских землях с самого начала носила полиэтничный характер. В 9в. население изгнало иноземцев. Но вскоре среди племен, входящих в союз, начались раздоры. Что бы прекратить столкновение из Скандинавии (862 г.) были приглашены правители – князья. Первыми князьями были варяги - братья Рюрик, Трувор и Синеус. 882 г. смерть Рюрика, князь новгородский Олег убил дружинника Рюрика Аскольда. 882г. Олег объединил Новгород и Киев в Киевскую Русь. В VIII веке появляются племенные союзы – сложные территориальные образования. Главной причиной их появления принято считать внешнюю угрозу. В такой союз объединялось обычно по 10-12 племен. Названия этих союзов дошли до нас. Наиболее значимыми из них были: поляне – «жители полей» , вятичи (междуречье Оки и среднего течения Волги), кривичи (верховья Днепра, Волги и Западной Двины, район Смоленска), северяне (бассейн левых притоков Днепра – рек Десны, Сейма, Сулы, район Чернигова), дряговичи – «болотные жители» (территория современной Белоруссии), древляне – «жители древесных чащоб, лесов» (западные соседи полян, район г. Искоростень), радимичи (бассейн левых притоков Днепра р.Сожа и Сейма)и др. Формирование 2-х центров древнерусской государственности: Новгород и Киев. В середине IX века на месте племенных союзов возникают 2 суперсоюза – северный (с центром вначале в Ладоге, а затем в Новгороде) и южный (с центром в Киеве). Эти два суперсоюза и стали центрами формирования древнерусской государственности.

8. «Норманнская теория» происхождение государственности у восточных славян

Исторически первой теорией, объясняющей феномен возникновения государства у восточных славян, была так называемая норманнская теория. Ее «крестными отцами» были немецкие ученые Г.3. Байер (1694-1738) и Г.Ф. Миллер (1705-1783), утверждавшие, что Древнерусское государство основали выходцы из Скандинавии - норманны, которых на Руси называли варягами. При этом ученые ссылались на данные древнейшей русской летописи - «Повести временных лет» монаха Нестора, в которой под 862 г. действительно помещен миф о призвании варягов в земли чуди, словен, кривичей и веси. От варягов, согласно «Повести временных лет», произошло также название Руси.Основные аргументы норманнистов следующие: 1. Русь получила свое название от финского слова «руотси», которым в середине IX в. называли шведов. 2. Древнейшая летопись включает русов в число иных варяжских народов - шведов, урманов (норвежцев), англов и готов. 3. Большинство имен «русских» послов, зафиксированных в договорах с Византией (911, 944), имеют явно скандинавское происхождение (Карл, Инегелд, Фарлоф, Веремуд). 4. Все первые правители Руси носят скандинавские имена (Рюрик, Олег, Игорь, Ольга). 5. В западноевропейских «Бертинских анналах» отмечено, что около 839 г. византийский император отправил посольство к франкскому императору Людовику I Благочестивому, в составе которого находились представители «народа рос»; Людовик решил, что эти «росы» были шведами. 6. Византийский император Константин Багрянородный в своей книге «Об управлении империей» (ок. 950) приводит как славянские, так и «русские» названия днепровских порогов. Большинство «русских» названий - явно старонорманнского происхождения. 7. Исламские географы и путешественники IX-X вв. всегда четко отделяли «русов» от «сакалиба» (славян).

9. Исторические теории и версии возникновения термина «Русь»

1. «Норманисты» возводят Русь к старофинскому обозначению германского племени варягов. Согласно этой теории на восточнославянской почве заимствованное название варягов вошло в ряд собирательных существительных на -ь, ср. черемись, чудь и др. Немецкий славист М. Фасмер полагал, что в данном случае имеет место «перенесение названия завоевателей на завоеванное население»

2. В соответствии с теорией южного, «дославянского» происхождения, предложенной О.Н. Трубачевым, слово Русь восходит к индоарийской форме со значением ‘свет, светлый’

3. Сторонники теории исконного происхождения слова Русь возводят его корень к праславянским. При этом наиболее вероятной считается непосредственная связь названия страны с названием реки Руса и городом Старая Русса. Первоначально Старая Русса - это название большой территории южнее озера Ильмень. Прилагательные старый и новый, входящие в состав названий Старая Русса и Новгород, - это результат замены старого пути «из варяг в греки», проходившего первоначально через Руссу, а позднее через новый город (Новгородъ), построенный в том месте, где к указанному пути ближе всего подходит верховье Волги; ср. текст из Воскресенской летописи (в переводе на современный язык): О великом Новгороде и о Руси. И пришли словене с Дуная и осели у озера Ладожского, и оттуда ушли и осели около озера Ильменя, и прозвались иным именем, и назвались Русь реки ради Руссы, которая впадает в озеро Ильмень.